Северный мир. Млада

А победа над колдуньей даст уважение и страх. Тимира ведь знает, что я ? обычная женщина, не сладить мне с мужчинами.

– Но вы же помогаете её дочери удержать мужа. Неужели в ответ Тимира придёт сюда с судом? ? спросила я, вспомнив, как год назад стала невольной свидетельницей разговора Тимиры и колдуньи.

– Её зятя нет уже четыре Луны, ? ответила бабушка. ? Не выдержал он действия зелья. А я предупреждала, ? вздохнула колдунья. ? Теперь Тимире ничего от меня не надо, а власть старейшин пошатнулась. Её надо укрепить.

– Но ведь вы можете всем рассказать о её поступках! ? воскликнула я.

– Не дадут мне этого сделать, ? был ответ. ? Да и моё слово против старейшин ? ничто для селян.

– Что же нам делать? ? испугалась я. ? Может, я к Демиду пойду, в ноги его отцу упаду, попрошу нас с вами защитить?

Бабушка задумалась.

– Нет, девочка, так не получится, ? сказала она, помолчав. ? Отец Демида хоть и справедлив, но против законов земли, на которой живёт, не пойдёт. Ему селяне ничего плохого не сделали.

И чинить свою волю он здесь не станет. Ты сейчас своему отцу принадлежишь. Как он скажет, так и будет. Это всем известно: и нашим, и чужакам. А вот если отречётся от тебя отец или старейшина своё слово о сговоре назад возьмёт ? тогда свободна ты. Да только не позволят этому быть, ? закончила она.

– А что тогда делать?

– Я попробую нам помочь, ? задумчиво сказала она. ? Полнолуние скоро, меня Валид нескольким обрядам научил, он с их помощью мстил своим обидчикам, но я никогда их не делала, страшно мне было.

Я больше по травам да кореньям ведаю. Но сейчас выбора нет. Призову тех, кто отзывается во тьме. Думаю, мне и Демид с его отцом помогут. Не могут они в открытую здесь появляться. Зато со зверями дружат, ? хитро улыбнулась колдунья. ? А там посмотрим, сдюжим вдвоём, главное, не опоздать.

– А когда люди придут? ? со страхом спросила я.

– Я точно не знаю, они готовиться будут. Надо же селян убедить сюда прийти, ведьму извести.

Страх их превозмочь. Несколько дней у нас есть, ? был ответ.

Следующие несколько дней были тревожными. Колдунья мало разговаривала со мной, она готовила на поляне что-то типа жертвенника. Раскладывала на нём предметы, назначения которых я не понимала. Потом ходила вокруг, шептала заговоры, до меня доносились отдельные фразы, но их значение ускользало от меня. Будто она говорила на другом языке.

Я чувствовала, как вокруг нас сгущается тьма.