Дни Самайна

Будучи богом Вечности, он является богом-владыкой хронологического и атмосферного времени, а также господином элементов: воздуха, воды, земли и огня.], – тут же подхватил невидимый в темноте собеседник, – он полон колдовства и волшебства. – Она услышала тихий смешок. – Если не ошибаюсь, эту поэму приписывают ирландскому филиду[7 - В древней и раннесредневековой Ирландии провидцы, мудрецы, поэты, хранители исторической традиции. После принятия христианства отчасти приняли на себя функции друидов.] Мак Ниа.

– Да, – подтвердила Анна бесцветным голосом.

 – Вы правы.

Она чувствовала, что мужчина пристально разглядывает ее, и нарочно старалась не смотреть в его сторону. К счастью, было темно. Действительно темно. Фонарики в траве в счет не шли, они предназначались для того, чтобы подгулявшие гости не сбились с пути и не свалились в пруд.

– Интересно, сколько человек в этом доме, не считая хозяев, знают о существовании Баллимотской книги, – задумчиво проговорил незнакомец на соседнем балконе.

Анна думала о том же.

Четверостишие ирландского филида в их совместном исполнении прозвучало как пароль и отзыв во время явки двух секретных агентов. Борясь с желанием повернуться и встретить его взгляд, она с досадой обнаружила, что в ней пробуждается недопустимый интерес к этому человеку. Что там, кстати, поделывает его супруга, или невеста, или кем уж там она ему доводится, в то время как он декламирует стихотворные саги в обществе посторонних женщин?

Порыв западного ветра принес с собой запах воды и увядающих трав, запах нераскрытых тайн, на протяжении веков окутывающих эту сказочную землю.

– Вашей жене уже лучше? – спросила Анна, закуривая вторую сигарету.

Знаток древней ирландской поэзии шагнул к парапету и сразу же оказался так близко, что Анна уловила исходящий от него аромат мужской туалетной воды. Армани? Неплохой выбор.

– Ее здесь нет. Ушла с мамашей Гиллан. И она мне не жена.

Исчерпывающий ответ. Однако он породил новые вопросы. Ушла с мамашей Гиллан.

Совсем ушла или на ближайшие десять минут? Она ему не жена. А если не жена, то кто? И почему он с такой легкостью отпустил ее, пусть даже они решили расстаться? Мог бы, по крайней мере, убедить ее подождать до утра. И вообще, с какой стати она заголосила вдруг среди ночи? Он бил ее или насиловал в извращенной форме?

– Считаете меня чудовищем? – спросил незнакомый мужчина. – Меня зовут Дэймон, если вам интересно.

– Дэймон… а дальше?

– Дэймон О’Кронин.