Дни Самайна

 – Он смущенно хмыкнул, в один момент развенчав образ жестокого и коварного соблазнителя, который успела нарисовать себе Анна. – Строго говоря, это не совсем так. О’Кронин – фамилия моих родственников по материнской линии, которые происходят из округа Фермой, графство Корк. Я много лет прожил в Штатах. Родители привезли меня туда еще ребенком. Так что, наверно, я в большей степени американец, чем ирландец. Я вернулся в Ирландию четыре года назад.

– Вы говорите по-гэльски? – спросила Анна, потому что вопрос казался уместным и в то же время ни к чему не обязывал.

– Говорю? Вам, может быть, покажется, что говорю. На самом же деле только учусь. – Он негромко рассмеялся. – Хотите, скажу что-нибудь?

– Ну… попробуйте.

Он сказал.

Теперь рассмеялась Анна. С таким же успехом он мог говорить с ней на суахили.

– И что же это значит?

– Никогда девушки более прекрасной и более достойной любви не видели глаза мужчины. Казалось, она из тех, кто пришел из волшебных холмов.

 – Дэймон помолчал, глядя на Анну, вернее, на то место в кромешной тьме, где смутно угадывался ее силуэт. – Это из сказания об Этайн, жене Мидира Гордого, владыки Сид-Бри-Лейт. Вообще, как выяснилось, говорить по-гэльски гораздо проще, чем читать. Когда начинаешь читать древние ирландские тексты в оригинале, сразу же сталкиваешься с проблемой транслитерации. К примеру, написанную букву «m» ирландцы произносят как «v», таким образом, Эмер, имя жены уладского героя Кухулина, следует произносить как Эвер, что, согласитесь, немного непривычно для нашего слуха. Ну и так далее.

– Вы вернулись в Ирландию, чтобы посвятить себя изучению ее литературных памятников?

– О, нет. На это я не способен.

А на что ты способен, хотелось бы знать. Морочить голову молоденьким дурочкам вроде этой Шэннон, а потом вышвыривать их в три часа ночи за дверь?

Девчонке на вид лет девятнадцать или двадцать, в то время как ему никак не меньше тридцати. И хотя Анна никогда особо не разглядывала эту пару, ей все же приходилось время от времени сталкиваться с ними в коридоре, как и с другими соседями.

Мужчина всегда здоровался первым, но как-то вскользь, не глядя. Девушка кивала и улыбалась. Он: высокий, худощавый (даже через чур худощавый) брюнет с бледным лицом и вечно дурным настроением. Она: фигуристая, предельно декольтированная блондинка с ярко накрашенным ртом и солидным грузом бижутерии, позвякивающей при каждом шаге.