В стране слепых я слишком зрячий, или Королевство кривых. Том 3, часть 4

Я сидел в СИЗО, где меня унижали и били по почкам, пристраивались к моей заднице, приходилось спать вполглаза, и каждый день меня заставляли признаться, угрожая, что иначе все в камере узнают, что я насильник несовершеннолетних… Да, она никогда не любила меня, я её любил с первого дня, как увидел ещё девчонкой, и я сломал ей жизнь своей любовью. Но тогда, в тюрьме, я думал иначе… Она была моим благословением, надеждой, моим счастьем, светом, который только и грел мою душу, не позволяя погрузиться в полное отчаяние.

Я был ей проклятием, а она мне – даром Небес… Конечно, я понимаю тебя. Только ты её муж, я не был. Я только мечтал об этом, и уговаривал её, между прочим, но… за меня она не пошла. Она вышла за тебя, почему, знаешь, наверное, только ты… И сейчас ты принёс жертву, жаль, что не себя, тебе было бы легче, но… у всего своя цена… У тебя есть всё, у меня нет ничего… Но так-то – да, я тебя понимаю…

Марк долго смотрел мне в лицо, отнял руку от лица, и, сделав шаг ко мне, сжал моё плечо.

– Да… да… прости. И.. спасибо. Вы… – он оглянулся на Платона. – Мужики, вы простите меня… что я… как баба расклеился.

– Ничего, – сказал Платон. – Со своими можно. Идём.

Он хлопнул его по плечу. Мы развернулись к крыльцу, и тут я увидел Киру. Мою двоюродную сестру, Киру, которая по тому самому крыльцу поднималась тоже.

– Кира!.. – воскликнул я изумлённо.

Она, очень красивая, даже лучше, чем была школьницей, настоящая столичная дама, одетая в симпатичную норковую шубку, несла небольшой чемоданчик в руке, обернулась с изумлением.

– Марат?.. Ты как здесь? Или… ты с Таней здесь? – усмехнулась она. – Конечно, где она, там и ты… Наверное, счастлив теперь?

– А ты зачем здесь? – спросил я.

– Я-то… я по работе. Здравствуйте, Платон, – она кивнула и Платону. – Извините, очень спешу.

Мы остановились с Маратом и посмотрели друг на друга. Лиргамир обернулся к нам.

– Погодите-ка… – он смотрел на меня, потом на Платона.

 – Это… что… Кира, подружка Тани?

Вообще-то было, чему удивиться.

– Д-да… – сказал Платон, изумлённо. – Откуда ты её знаешь?

– Я не знаю её. Я знаю о ней… так ведь, Марат? – он смотрел на меня. Снова сосредоточенный и строгий как перед этим. – А… зачем она здесь?

И тут я всё понял.

– Её вызвал Вито, – сказал я. – Я слышал, он звонил. Она пришла… взять материал… я думаю…

– Что?!.. – беззвучно выдохнул Платон, обернувшись на меня.