Говорит и показывает

Но мы взялись за руки, и никто из нас не упал. Я проводил Майку до самого дома. Там все спят, все окна тёмные. Хотя, нет, наверху телевизор работает – голубоватый свет, как туман в окне. Это у дяди её. Странно, что он не спит в такой час 1-го января, спит, кажется не только весь город, но и вся земля…

Только мы не спим, я и Майка…

– Позвонишь? – спросила Майка, уже положив ладонь на ручку двери.

– Сразу как проснусь, – улыбнулся я.

– Пока, Василёк!

Я вышел за калитку, ещё раз обернулся, уже совсем рассвело, но зимнее утро мглистое, а она не включает свет внутри, даже в прихожей…

До дома я дошёл и не помню как, уснул мгновенно, едва лёг.

А у меня всё не было так просто как у Васи. Я тихонько прошла наверх, внизу все спят и давно, очень тихо и царят ночные звуки, но сверху, едва я поднялась до средины лестницы, я услышала голос:

– Майя? – так строго Ю-Ю со мной в жизни не говорил. И чтобы Майей меня называл, тоже не помню.

Я подняла голову, Ю-Ю наверху лестницы, а вокруг него голубой слоистый туман клубами, накурил…

– Ох и накурил, Ю-Ю, как спать-то будем? – улыбнулась я.

 – Как бабушка говорит: хоть топор вешай, – я не хочу замечать нарочитую строгость в его голосе, может, смягчится, и перестанет хмуриться, и глядеть как злой барбос.

Но он не поддаётся, смотрит сурово по-прежнему. Ни разу ещё таким я его не видела.

– Почему тебя не было всю ночь, Майя? Что там было такого, что ты…

– У Васи мама заболела, – поспешила объяснить я, поймёт, и не будет злиться. – Я… должна была… Должна была побыть с ним.

Он совсем один был и… испугался.

– Ему шестнадцать лет, здоровенный малый! Испугался, не смеши! – ещё больше разозлился Ю-Ю.

– Все пугаются, когда мамы болеют… – нахмурилась и я. Что он, в самом деле, так отчитывает меня, видел бы Васю в больнице!

– Ты целую ночь дома не была. Мне это не нравится, – всё же немного мягче произнёс Ю-Ю.

– Сам-то давно пришёл? – решила и я высказаться в свою очередь.

– Я… Сравнила тоже! Ты – девочка, сейчас почти девять часов утра, ты только пришла.

Так нельзя делать!

– Ю-Ю, всем до лампочки, ты-то чего взбеленился?

– Все пусть как хотят, но мне не нравится, Май. Не делай так больше. Ночевать надо дома. Обещай мне, – уже совсем снизив голос, проговорил он.

– Обещаю, конечно, если ты так хочешь.

Я вошла в свою комнату.

– Ты моё платье убрал в шкаф? – я обернулась через плечо, а Ю-Ю смотрел на меня, всё ещё бледный и напряжённый как никогда.

Кивнул, наконец.