Игромания

– Ты меня в могилу сведешь раньше времени! Сколько можно уже?! Тебе если меня не жаль, то хоть сестру пожалей!

Опять?! Снова проиграл? Не верю свои ушам! Прошло всего две недели после того, как, сгорая от стыда, забирала Жору из клуба. Неужели снова?

Я сняла кеды и заставила себя пойти и принять участие в тяжелом разговоре, хотя сейчас готова была буквально заплакать от усталости.

Когда зашла на кухню, родные синхронно посмотрели на меня. Мама стояла около плиты и варила суп. Аромат свежего бульона витал в душной кухне, мой рот наполнился слюной от голода.

Давно забыв про готовку, хозяйка нервно дергала ногой и покачивала ложкой в такт движению. Жора сидел за столом, и всем видом демонстрировал глубокое раскаяние.

– Привет, Жень, – еле слышно сказал брат.

– «Привет» он ей говорит, – зло процедила мать.

Она сверкала глазами, будто голодная волчица, готовая загрызть своего щенка за провинность. Это не было не нее похоже. Даже в самые тяжелые времена мама сохраняла спокойствие и холодный ум.

Не одобряла игроманию сына, но старалась разговорами и убеждением покончить с дурной привычкой. Скандалы, как правило, были между мной и Жорой.

– Ты расскажи ей, какой ты идиот?! – выкрикнула она.

Брат вздрогнул и поник еще сильнее.

– Чего молчишь?! Рассказывай! Не одна же я должна знать, какой ты дурак!

– Мама! – возмутился он.

– Нет, не говори ничего! – взвизгнула она. – Ничего слышать от тебя не хочу!

– Что случилось? – встревожилась я, осознавая, что произошла какая-то нештатная ситуация.

Раз мама кричит, да и еще откровенно оскорбляет Жору, то случилось что-то действительно ужасное.

Мама повернулась к плите и выключила конфорку.

– Твой брат, Женя, конченый человек. Отец, наверное, в гробу переворачивается, глядя на это безобразие.

Сердце болезненно сжалось в груди. Прежде не слышала от нее подобного. Меня это пугало и удивляло одновременно.

– Так что случилось?

Она, вспыхнув, повернулась, но потом устало погрузила лицо в раскрытые ладони.

Тяжелый вздох сопровождался всхлипом.

– Он опять играл, – пояснила мама, в голосе слышались слезы. – С Ловкачом… И он…

Снова всхлипнула.

– И? – тихо спросила я, чувствуя, как от волнения пересохли губы.

– Он проиграл ему! – отняв ладони от лица, выкрикнула мама. – Почти десять миллионов!

Я почувствовала, как сердце ухнуло вниз и кровь отлила от головы, а ноги и руки похолодели. Мне едва хватило сил дойти до табуретки и сесть.