Когда течет крем

В нашей оградке всё заросло травой, а сами надгробия отлиты из местного цемента, перемешанного с ламской галькой. Они под действием морозов, зноя и сырости быстро теряют свой вид. У нас в роду почему-то все выросли философами и ленились устранить следы возникшего запустения, хотя деньги были; видимо думая, что не вечно всё, и скоро там же быть. Монументальностью на нашем кладбище и везде у нас отличаются надгробия горцев и братков, у них всегда высокий гонор. Я же думаю, что наша земля есть одно сплошное захоронение предков, и нет лучшего напоминания о них, чем зелёная трава, склоняющаяся под набегами ветров.

* * *

Нина привела «порше» прямо к студии местного телевидения и радиовещания. Там уже находились её муж и его товарищи – начальники вокзала Славль-пассажирский, аэропорта и автовокзала, они все были в униформах своих служб со знаками заслуг, начальник автовокзала оказался майором запаса ракетной артиллерии. Они не поднялись в кабинет к председателю СГТРК, а скромно стояли в холле, с тревогой ожидая Нину и Алексея.

Уезжая утром, Нина оставила мужу записку, а после записи видео отправила сообщение, что они могут действовать согласно плана. А он включал и действия на тот случай, если группу захватит КЦ и видео не будет.

Председатель комитета ждал их в своём рабочем кабинете в напряжении размышлений. Он, как и большинство местных руководителей, постоянно выходивших на Ква, убедился, что связи с центром нет, но был при этом сбит с толком трансляцией скучных передач оттуда, так что совершенно бездействовал, крутя эфир в прежнем режиме.

Он уже явился на службу с грузом тяжёлых подозрений в путче, произошедшем в Ква, как вдруг позвонил ему начальник Славля-Пассажирского и сказал, что у него есть срочная информация для горожан и жителей области об изменении расписания поездов, и попросил зарезервировать для него несколько минут эфирного времени. Председатель СГТРК очень обрадовался его звонку, решив, что поделится с Вадимом Игоревичем подозрениями, второй день разъедающими мозг.

Ожидавшие Алексея и Нину начальники не могли скрыть радости, увидев их, неспешно открывающих тяжёлые двери комитета. Они стали обмениваться рукопожатиями с Алексеем, объятиями и поцелуями с Ниной, немало удивив сидевшего за пультом строго охранника, негласного сотрудника спецслужб. Проводив их взглядом, он отправился в подсобку и надел специальные наушники, дающие возможность прослушивать кабинет председателя СГТРК, а вместо себя на пульт отправил помощника.