Соль и пламя. Леди теней

Почему ты никогда не говорила, что умеешь вытягивать силу?

Может, потому, что не подозревала об этом до вчерашнего вечера?

– Неужели хотела поживиться в стенах академии? – грустно закончил Иттан.

– Нет, что за чушь!

Он покачал головой.

– На тебя пытались свалить вину за всех опустошенных детей, но я убедил советников в том, что, кроме последних двоих, ты никому не смогла бы навредить ввиду отсутствия в городе.

– Спасибо.

Я все-таки встала и, укутавшись в одеяло, шагнула навстречу другу.

Тот отстранился как от чумной. Лицо его перекосила гримаса отвращения.

– В любом случае, я отзываю свое приглашение. Что бы ни решил совет – тебе здесь не рады. Слушание через полчаса, прощай.

И он ушел, а я стояла, глупо рассматривая трещину в стене, и думала, что хуже быть не может.

Совет собрался в торжественном зале академии. Я смиренно сидела посреди сцены на стульчике под суровыми взглядами колдунов, имен которых не знала. Сильнейших в своей стихии, способных растоптать врага мановением руки.

Всего их присутствовало пятеро: огонь, вода, земля, жизнь и смерть. Ректор академии тоже был среди них, он управлял землей. А вот магесса воздуха отсутствовала, и я раздумывала: радоваться либо печалиться?

На тяжелых портьерах скопилась пыль, напоминающая слой серого снега. Под потолком мерцали свечи. Было холодно и неуютно, но почему-то совсем не страшно. Колдуны восседали на зрительских сиденьях первого ряда, словно ожидали от меня какого-то представления.

– Приступим, – сказал председатель, маг жизни, постучав длинным ногтем по подлокотнику.

Секретарша, молоденькая ави, единственная сидящая за столом, оторвалась от пера и произнесла:

– Ныне, тридцатого числа от первого лунного месяца тысяча семьсот девятого года, слушается дело о присвоении чужой магии. Назовитесь.

Это она мне.

– Сольд Рене.

– Признаете ли вы, что умеете поглощать истинную силу, в частности, что нынешним утром, около шести часов по восходу, опустошили Ирму Ант? – вновь взял слово председатель.

– Я не умею поглощать чьи-либо силы, – сказала то, в чем была относительно уверена.

– Ложь! – вскрикнул ректор, вскакивая.

Пухлощекий маг неопределенного возраста, но ближе к сотне, покрутил в пальцах тощенькую бородку.

– Гордеиус, дайте высказаться вашей подопечной.

– Никакая она не подопечная.