Академия нежити. Кафедра неприятных последствий

Обычно она дрыхнет до победного, её даже будильник берет минуту на вторую, как только проснусь не только я, но и весь остальной этаж.

– Что-то случилось?

– Да, – подруга жалобно всхлипнула. – Возвращайся.

– Что-то не так?

– Всё так! Только вот… Я отравила нашу соседку. Насмерть.

На моё изумленное «Э-э-э» ответом стали короткие гудки.

– Кажется, я подобрала вам новое жилище, – сказала комендантша.

– Возможно, оно не понадобится, – загадочно произнесла я, поднимаясь.

Юнона лежала на моей кровати – ну, разумеется, не станет же Рита класть отравленную девицу на свою, – бездыханная, хоть закапывай.

Кожа её посерела, губы слились с тоном лица, щеки впали. Скрестить руки на груди – вылитый покойник. У стола валялась откупоренная баночка, и запах в комнате стоял специфический: горьковато-сладкий, травяной.

Перепуганная Рита ходила кругами от ванной комнаты до окна и причитала:

– Это конец, это полный кошмар! Всё, меня отчислят! Посадят!

Меня она не заметила, увлеченная своими страданиями.

Я двумя пальцами взялась за донышко банки и рассмотрела содержимое на свету: коричневый порошок с серебристым отливом. Что-то ядовитое, без сомнения. Дурное предчувствие окончательно укрепилось и замаячило вполне реальным уголовным сроком за убийство с использованием оккультных смесей. От десяти лет лишения свободы до пожизненного без права на амнистию.

Прекрасное окончание дня.

– Что ты натворила?..

Рита только теперь заметила моё присутствие и усиленно замотала головой, точно пытаясь оторвать ту от туловища.

– Я не специально.

– Не специально траванула нашу соседку? – тактично уточнила я и прислушалась к дыханию Юноны.

Глухо.

– А чего она выпендривалась?.. Полезла ко мне со своими воплями, ну я и пригласила её  сюда, чтобы пообщаться как чародей с чародеем.

– И?

Видимо, мой щит слетел, и неугомонная банши вздумала оторваться на Рите. Посмертный розыгрыш, так сказать.

– Слово за слово… Короче, я бросила ей в лицо концентрированную драконью пыль, – смутилась моя подруга-травница.

 – Я ж не знала, что она такая восприимчивая. Должна была уснуть, а она… умерла?

Я приложилась ухом к груди Юноны, пальцем нащупала венку на её шее. Ничегошеньки. Дыхания нет, как и других признаков жизни.

Хм.

Признаки жизни.

– Ну что, пакуй чемоданы, подруга, поедешь на Колыму. – Я отряхнула ладони от невидимых соринок и плюхнулась на кровать Риты прямо в кроссовках.