Академия нежити. Кафедра неприятных последствий

Я и не собиралась пить (все-таки понимала всю важность предстоящего экзамена), но Рита разочаровалась в очередном возлюбленном и так просила поддержать её горе «всего одной рюмочкой шнапса», что невозможно было устоять. В итоге одна рюмка на нервной почве переросла в половину бутылки, а посиделки закончились глубоко за полночь.

Последнее, что я помню: мы включили «Экзорцист» и вместо того, чтобы трястись от страха, ржали над неправдоподобным ритуалом изгнания.

– Это хорошо, что хотите. – Раздвоенный драконий язык облизал губы.

 – Готовы полгода обучаться в дружественной нам академии?

– В какой? – на всякий случай уточнила я, хотя согласилась бы спуститься в саму преисподнюю, только бы обойтись без пересдачи.

– АНиПС запрашивает подающего надежды четверокурсника-некроманта для обмена опытом. Вы, конечно, надежд не подаете, но и я не намерен делиться с этими пройдохами своими лучшими кадрами.

М-да, а вот и преисподняя собственной персоной. Про академию нежити и потусторонних сущностей ходили дурные слухи.

Приличных студентов там отродясь не водилось – сплошное мракобесие и кровососы. Кроме того, процент смертности среди учащихся был самым высоким по России.

– Миронова, что это вы понурились? Ожидали чего-то более крутого, принцев там заморских? – Декан усмотрел разочарование на моем лице, а потому не удержался от злорадства.

– Нет, всё чудесно. Всегда мечтала поближе познакомиться с братьями нашими мертвыми. Когда выезжать?

Я приосанилась и изобразила улыбку, которая, впрочем, напоминала мученический оскал.

– Завтра с утра. Если вернетесь живой и невредимой, – Виктор Иванович лукаво подмигнул, – получите отличную оценку. Если просто живой – удовлетворительную. Если не вернетесь, ваши вещички перейдут сокурсникам по праву старшинства.

Ну-с, удовлетворительная – тоже неплохо, на другую я и не рассчитывала. С мыслью о том, что было бы неплохо попрощаться со своей группой (есть вероятность, что на веки вечные), я вышла из кабинета.

– Удачно вам пережить обмен опытом, Миронова, – донесся вслед язвительный голос.

 – Кстати, от похмелья рекомендую корень солодки, толченный на святой воде.

Дракон звонко щелкнул когтями, и передо мной воспарила закупоренная бутыль с вышеуказанным корнем.

– Спасибо, – буркнула я себе под нос, прижимая бутыль к груди.

Впрочем, похмелье испарилось само по себе.

***

С непонятным, а оттого особо тягостным чувством я толкнула дверь в нашу с соседкой спальню.