Академия нежити. Кафедра неприятных последствий

То ли Игнат решил показать себя с лучшей стороны, то ли ему некуда было девать деньги, но вскоре официантка принесла чек. Да он издевается! Ничего, я верну всё до копейки, чтобы этот самоуверенный тип не считал, что сможет купить меня парой коктейлей. Ему очень повезло, что он улизнул раньше, чем я окончательно разъярилась.

– Пойдем в общежитие? – предложила Юноне.

Та вроде протрезвела и смотрела на меня почти осмысленно.

Банши неоднозначно икнула, но со стула поднялась.

– Вообще-то я никогда не пила, – по секрету шепнула она мне и радостно захихикала.

– Да я уже поняла.

На свежем морозном воздухе было так хорошо, что я долго стояла, дыша полной грудью, и пялилась на небо. Точно такое же, как в моем детстве: невероятно черное, глубокое, утыканное серебряными звездами.

– Красиво, да? – подала голос Юнона.

– Ага, – согласилась я, отгоняя воспоминания.

Возню в темном закоулке мы услышали, едва отойдя от бара. Кто-то дрался, причем, судя по смешкам и репликам, это была даже не драка – а избиение.

Трое на одного или даже четверо? Хм, несправедливо. Наверное, не стоило мне влезать в новую передрягу, но дурной – упертый и неугомонный – характер никто не отменял.

– Я на минутку, – сказала Юноне, а та равнодушно кивнула.

***

Пятеро парней окружили кого-то, лежащего на мерзлой земле. Удары приходились в живот и грудь, и человек весь съежился, но ничего не предпринимал и никак себя не защищал, видимо, потеряв сознание. Я могла бы развернуться и уйти, но чувство справедливости взяло верх.

Честные драки – это прекрасно, но избиение лежачего никуда не годится.

– Отвалите от него! – Я свистнула в два пальца, привлекая к себе внимание.

Пальцы уже сплетали атакующую руну, привычные слова ложились под язык. Все пятеро повернулись в мою сторону. Та самая компания из бара, нетрезвая, озлобленная, изучала меня как лакомое блюдо. Тот, который недавно залпом глушил горящие коктейли, гоготнул:

– Ребят, глядите, она с нами драться приперлась! Офигеть! – восхитился он, приближаясь ко мне.

 – Лапа, ты ведь не будешь бить тех, кто не вооружен?

«Буду», – почти ответила я, когда о стены разбился дикий вопль, исторгаемый банши. Он не подействовал на меня – хотя на всякий случай я выставила щит, –  зато раскидал по сторонам пьяную компанию. Те затыкали уши пальцами, вертели головами в поисках источника крика, да только он был повсюду. Юнона надвигалась на них медленно, но неотвратимо, как танк.