Нас не существует

– Как мне его подманить?

– Расскажешь небольшой стишок для вызова, покормишь сметаной, похвалишь – домовые это любят.

На лице Кира появилось нечто хищное, издевательское. Пока Наташа доставала из рюкзака тетрадь, он довольно, словно сытый кот, сидящий у кринки с молоком, усмехался.

– Записываю.

Она щелкнула ручкой.

– «Домовой-домовой, приходи-ка на покой. Я тебя призываю. Тебе зла не желаю. Со стола угощаю», – напевно продиктовал Кир.

Наташа старательно записала фразы и поставила на полях три восклицательных знака, чтобы не забыть.

– А где его звать? – выпалила она.

– На кладбище, – с серьезным лицом оповестил Кир. – В четверг пятницы тринадцатого, лунной ночью. Желательно в полдень.

– Шутишь?

На лице девочки отразилось недоумение.

– Угу. Раз домовой, то дома и звать нужно.

– Мог бы сразу сказать, – насупилась Наташа.

Кир осклабился, а Наташа показательно надулась.

Луна освещала больницу, будто окаймляя золотистым ореолом. Под конец, когда ничегонеделание стало невыносимым, Наташа начала отсчитывать про себя секунды. Она дошла пятьсот тридцать восьми, трижды сбившись после двух сотен, а продолжить помешал…

Дикий вой. Вблизи он звучал куда истошнее, громче, пронзительнее. Вторгся в каждую клеточку, врезался в уши, от чего в тех звенело. Сердце билось так, словно готово было покинуть трусливое тело. Наташа очнулась лишь тогда, когда Кир, чьи плечи она сдавливала ногтями, негромко ойкнул.

А вытья продолжала незамысловатый концерт. Ноту брала высоченную – обзавидовалась бы любая оперная дива.

– Что теперь?! – силясь переорать духа, спросила Наташа.

– Вначале отцепись от меня. – Кир стряхнул девочку и направился к воротам. – Ты идешь?

– К ней?! Да ни за какие коврижки…

Наташа зажала уши. По ребрам молотило сердце.

– Как такое могут не слышать все вокруг? – со всхлипами бормотала она. – Кошмар… Нет-нет-нет. Я пойду… Мне надо домой… Уже поздно…

– Иди, – легко согласился Кир. – Только опять не заблудись. И учти, шанс познакомиться с настоящим духом ты прошляпила.

Наташа сощурила красные от слез глаза.

«Что, на «слабо» хочешь взять? Или решил, что от девчонки другого не стоило ожидать?! – горячилась она. – Не дождешься, не сбегу».

– Я передумала.