Аналогичный мир. Том четвёртый. Земля обетованная

 – Тоже по такому и такому, – и когда половой побежал за пирогами, с усилием поднял на Эркина внимательные и серьёзные до строгости глаза. – Что было-то, брат?

Эркин сглотнул.

– Я… я не знаю, как тебе об этом сказать. Столько всего…

– Всё и скажи. Зимой майор этот опять про меня спрашивал?

– Он ни о чём спросить не успел. Я ж сказал, бригада прибежала. А там, в профсоюзе, Селезнёва была, Лидия Александровна, она у нас на заводе профсоюзом занимается. И Бурлаков. Председатель Комитета.

– Та-ак, – протянул Андрей и широко улыбнулся.

 – А вот и пироги, – но, как только половой, поставив перед ними пироги, отошёл, снова стал серьёзным. – И что Бурлаков?

И тут же выругал себя, что неосторожно спросил. Надо было сначала про Селезнёву, но не может он играть с Эркином.

– Он… председатель Комитета, в лагере у нас выступал, – Эркин остановился, глядя на Андрея, словно ждал его ответа.

– У нас тоже, – кивнул Андрей.

– Тогда… ты видел его?

– Ну, видел, – пожал плечами Андрей.

– Он… – Эркин не смог договорить.

– Ну? – Андрей внимательно смотрел на него. – Ну, профессор, доктор исторических наук, ну…

– Он твой отец, – тихо сказал Эркин.

Андрей заставил себя допить чашку, заесть пирогом, налить новую. Руки у него не дрожали.

– Это каким ветром тебе надуло?

Но ни его слова, ни вызывающе насмешливый тон не обидели Эркина.

– Это не ветер. Он… он пришёл к нам в тот же вечер, домой. Показал фотки. И попросил отобрать те, что на тебя похожи. Я смотрел, Женя, даже Алиса.

И мы нашли, ну, похожих на тебя. А это были его фотографии, и его родных, его отца, жены, её брата. Вот и сошлось.

– Вот и сошлось, – медленно повторил Андрей.

– Да, – Эркин облегчённо перевёл дыхание. Вот и сказано самое страшное. Дальше будет легче.

– И что он ещё сказал?

– Что тебя зовут Сергеем. На самом деле. И что все остальные, ну, из вашей семьи, погибли.

– Ясненько, – кивнул Андрей. – Зимой это было?

– Да, в январе, после Нового года точно.

А… а ты когда его видел?

– В лагере, – улыбнулся Андрей.

Его улыбка не понравилась Эркину. Но… но он обещал Андрею ни о чём не спрашивать.

– Андрей… – нерешительно начал Эркин.

– Да, браток, – сразу откликнулся Андрей и улыбнулся. – Да, я – Андрей, всё правильно, Андрей Фёдорович Мороз.

– Так… ты не помнишь его?

– Помню или не помню, дело не в этом теперь. Ладно, – и улыбнулся уже по-другому. – Спасибо, брат.

– За что?

– А что сказал.