Серебристый талисман

Почему она одета, не как молодая, красивая девушка, а как старушка? Где вы купили ей весь этот хлам? – наконец, потеряв выдержку, Дядя Андрей тоже перешёл на крик.

– Да, я боялась, что ты переманишь мою девочку и испортишь её.

Бабушка почти шипела, Вере так противно было видеть и слышать это притворство, по её щекам опять потекли слезы. Она вспомнила, как часто бабушка заставляла штопать её носки и колготы, рукавицы и штаны. Как не пускала с классом на экскурсии, поездки и праздники, ссылаясь на полное отсутствие денег.

Как постоянно напоминала Вере, о том, как дорого и трудно ей приходится её содержать.

От обиды, что её жизнь могла быть лучше, девушка снова разрыдалась и убежала в свою комнату. Вера была так потрясена всем услышанным, что плакала почти навзрыд, но даже из своей дальней комнаты слышала, как кричит бабушка, выгоняя дядю Андрея. Вера так боялась, что дядя не выдержав, уйдёт, а он пришёл вслед за ней, и прижал к себе этот трясущийся от рыданий комочек.

– Не плачь, моя радость, поверь, я больше не дам тебя в обиду, никому. Ты уже теперь большая и сама сможешь решать, с кем тебе жить.

Бабушка, следуя за ним, продолжала кричать, при этом вдобавок дергая Андрея за рукав. Не выдержав, он отстранил вежливо её своей рукой.

– Тамара Васильевна, все эти годы я вас не трогал, думая, что вы лучше справитесь и сумеете вырастить Веру, но теперь я понимаю, как, же я чудовищно ошибался, наконец, воочию видя, как моя племянница была обделена не только деньгами, но и элементарной любовью.

Вы что, и свою любовь откладываете на потом? Вырастили испуганного зверька, который смотрит на вас как кролик на удава! Вы, настоящий диктатор в юбке…

Дядя вновь перешёл на крик, при этом заслоняя Веру от бабушки.

– К тому же, вы не имеете ни какого права выгонять меня из этой квартиры, она принадлежит только Вере, и больше никому!

После этих слов, бабушка разом притихла, развернулась и ушла, хлопнув дверью.

– Верочка, сейчас я пойду, солнышко, обещай мне, что обязательно успокоишься. Мы завтра увидимся, у меня возникли неотложные дела. И поверь, я этого так не оставлю, – поцеловав племянницу в лоб, дядя ушёл.

В квартире опять воцарилась гнетущая тишина, Вера, немного успокоившись, вспомнила, что надо подготовиться к лекциям, и села за свой письменный стол.