Земля – родина интелов

Теперь, Батюков действовал иначе – тут же вызвал мобиль-капсулу и помчался к Пацану. Прямо во входном шлюзе тамбура, корабль выдвинул манипуляторы, захватившие додекаэдер в магнитную ловушку. Так вот, из этой ловушки камень исчез за секунды. В записи, его структура вела себя точно также, делилась на меньшие подобия и пропадала. И тут же исчез этот туман, в котором Гена ровно сутки ходил. Его как током прошибло: Квантовая редукция! Образование и схлопывание петли времени! Среди учёных такая чехарда началась!

Участок, где покоился этот «камешек» экранировали, и теперь уже не геологи, а физики, люди, может и не работавшие раньше в открытом космосе, группой из 5-ти человек прибыли к месту исследования.

Гена работал неподалёку и видел, как там внутри замкнутого пространства, как в мыльном пузыре вспыхивали зеленые вспышки лазера. А на следующий день, его вахты не было, и он сидел на корабле в зоне отдыха, думал или поплавать, или кино посмотреть, когда к нему подошел один из команды физиков. На корабле, многие, хотя бы примерно друг друга узнают. Дядечка протянул руку и представился:

– Юрий Павлович Тимошко, о вас, Геннадий Петрович, я весьма и весьма наслышан, мы, вот, с коллегами готовы отчитаться о предварительных выводах по вашей находке.

Это был розовощёкий человек, он улыбнулся и предложил присесть где-нибудь и выпить кофе. Он провел Геннадия на такую террасу, о которой Гена ещё не знал. «Хорошо же, физики устроились», подумал он, когда из большой многолюдной гостиной они свернули в какой-то незаметный коридор и вышли на улицу.

Прошли вверх по тропинке и уселись на скамейке под раскидистой итальянской сосной пинией. В воздухе носились птицы, звенели цикады в траве, а прямо под ними раскинулся широкий Неаполитанский залив. Как на земле. Юрий Павлович ещё шире улыбнулся:

– Ну как, удивил я вас? Получилось? Недавно сделали, можно искупаться и на песке полежать. Корабль обещал стаю дельфинов ещё отладить.

Он глубоко вдохнул смолистый воздух: – Красота!

Дрон принёс 2 чашки кофе и пирожные на тарелке, соорудил столик и так же тихо уехал, или улетел.

– Так, все-таки удалось выяснить, что я нашёл? – спросил Гена.

Юрий Павлович отхлебнул кофе и прищурился, глядя на Геннадия:

– В некотором смысле, вы, Геннадий, ничего не нашли.

Гена поперхнулся, чашка опрокинулась ему на брюки, и он вскочил, сгибаясь от отчаянного кашля.