Графиня из другого мира

Многие ездят работать в столицу, но переезжать не планируют, привыкли.

– Ну вот видишь! Я уже все придумала – для начала познакомимся… Подожди, а как собрать всех жителей где-то в одном месте?

– Необязательно, в деревне есть староста. Главное, сообщить ему, а уж он соберет деревенских и все расскажет.

– Ну и отлично. Все, я готова!

Дворецкий окинул меня оценивающим взглядом, недобро посмотрел на сережки и сказал:

– Ты б сняла украшения, там люди и так думают, что Марья на их деньги шиковала, пока они работали за бесплатно.

– Оу… – я быстро стянула серьги и бросила на каминную полку. – Так лучше?

– Платье бы попроще.

– Хавьер! Ты полчаса наблюдал за моими сборами и не мог сказать сразу?

– Не до того было, думал, как нас деревенские встретят. В прошлый раз лошадь чуть вилами не закололи.

Я аж воздухом поперхнулась. Настолько все серьезно?

– Ясно, нас возможно не ждут… Нет выбора, все равно едем! Есть у меня одна идея касаемо полей.

Мы вышли на улицу, у ворот уже стояла повозка, которую дворецкий подготовил, прежде чем пойти будить меня.

– Фух, ну и жара! – время было всего часов восемь, а солнце уже припекало, и ни намека на ветерок. В тугом корсете и пышных юбках я еду куда-то в последний раз!

– Так что там насчет полей? Какие идеи?

– Мы сожжем их.

– Что? – Хавьер даже повозку затормозил, да так резко, что мою тушку бросило вперед, я едва не упала на пол.

– Ты говорил, что поля затянуты сорняком уже лет пять, значит сухая трава есть на всех полях. Мы подожжем ее, ну, а потом если получится раздобыть денег, наймем тех, кто вспашет землю.

– Нет, это слишком опасно. Поля находятся в непосредственной близости от деревни, часть домов вообще на границе с картофельным полем! Если подует ветер, деревне конец. Не хватит людей и воды, чтобы сдержать пламя.

– Выберем не ветреный день, и все.

– Так и на полях зеленая трава есть! Лето на дворе!

Хавьер нервничал, а я начала сомневаться в своей идее. Может действительно глупость несу? Мне простительно, я провела в деревне всего тринадцать лет своей жизни, и то в детстве, многое забылось.

– Есть другие предложения? – спросила я несколько минут спустя.

– Раз Марья больше не приедет, можно кое-что продать.