Ферма в наследство, или Как достать соседа

Какой наивной я была в тот момент…

Дом затрясло, меня просто швырнуло назад потоком ветра. Я больно ударилась головой об пол, из глаз брызнули слезы, а папка с документами вылетела из рук и зависла перед моим лицом. Странички трепыхались, перелистывались, наконец остановившись на одной. Лист пожелтевшей от времени бумаги плавно спикировал мне в руки, потерла глаза, восстанавливая фокус, и принялась вчитываться в мелкие буковки, написанные корявым подчерком.

«Дорогая моя внучка, если ты это читаешь, значит меня уже нет в живых.

Так получилось, что ты единственная, кто может принять мой дар, а так же уследить за домом. Дом непростой, возможно, ты это уже поняла, а если нет, то расскажу.

Он спит, когда в нем никто не живет, но стоило тебе войти в него, как он проснулся и теперь уже тебя не отпустит. Но ты не волнуйся, при должном подходе дом сам обеспечит тебя всем необходимым, просто попроси, а если же ты все-таки решишь уйти, то знай, что не сможешь. Дом не захочет засыпать снова, теперь это твое бремя.

Прости, если оно тебе было не нужно, но мне больше не на кого положиться.

В банке, что находится в поселении в самом центре, на твое имя лежит небольшая сумма, которую я смогла скопить. Денег хватит на первое время, но о будущем придется позаботиться самой. В завещании я не просто так указала, что передаю тебе ферму –  на территории дома замечательный огород, в котором урожай созревает два раза в году. Так же когда ты заведешь животных, они никогда не будут болеть, и при умелом подходе сможешь обеспечить себя молоком, яйцами, и всем, что могут дать животные.

В благодарность за спасение дома и за то, что приняла наследство, дарю тебе яйцо страуса. Страусы в этом мире не водятся, яйцо я принесла с Земли. Оно зачаровано до момента, как ты возьмешь его в руки. Найдешь его в подполе с правой стороны.

Вот и все, дорогая внучка, больше мне нечего сказать, все что нужно поймешь со временем сама, но очень прошу – не пытайся бросить дом, он не позволит.

P.S: Сосед твой редкостный кретин, будь с ним осторожнее. С любовью, твоя бабуля.»

Я повертела письмо в руках, перечитала еще на два раза, и медленно подняла взгляд на потолок.

– Живой, значит, да? – голос внезапно охрип, то ли от страха, то ли просто горло пересохло. Но судя по трясущимся коленям все же от испуга.

Стены пошли рябью. Зажмурившись, уткнулась лицом в ладони, смяв письмо.