Империя Тигвердов. Пламя мести

Я люблю тебя! А теперь – пей! До дна! – Ричард подмигнул мне и зажмурился, делая большой глоток.

Поскольку зажмурился он явно от удовольствия, я не стала долго себя уговаривать и залпом выпила… божественный нектар. По-другому не скажешь – настолько это было вкусно!

И в ту же секунду птицы запели. Они пели, а их грудки постепенно становились ярко-алыми. В тот же миг клетки распахнулись, птицы стали вылетать, кружить над нами и угощаться ягодами из корзинки. Ричард насыпал любику мне на ладонь, и я кормила их с руки.

Мы смотрели друг на друга, кормили зеленых птичек и были абсолютно счастливы.

Постепенно все стихло – зеленые воробьи замолчали, расселись по клеткам, которые захлопнулись сами собой, и алые перышки стали гаснуть, будто пламя свечи. Через какое-то время имперские цапли снова стали зелеными. Я не отрывала от них глаз, не могла прийти в себя от увиденного и пережитого.

Ричард вложил в мои пальцы маленькую ложечку, помог зачерпнуть из вазочки и отправить в рот что-то легкое, розовое и воздушное.

Мусс был очень вкусный – нежный, с кислинкой.

– Вкусно! Ричард… спасибо. Это незабываемо! Эти птички – они…

– Вкусно, согласен, но с твоими блинчиками не сравнить! – вздохнул милорд Тигверд. – А зеленая цапля – птица, которую еще называют «спящая красавица».

– Почему?

– Не заметила? Посмотри на них внимательно.

Я присмотрелась – птицы спали! А Ричард продолжал рассказывать:

– Птицы реагируют на магию любви. Если двое искренне любят друг друга – случится чудо. Зеленые цапли проснутся, запоют, и их грудки станут алыми.

Если же нет – будут спать. Поскольку в империи браки в основном заключают по расчету, в этом ресторане редко такое увидишь. Вон – сбежался весь персонал.

Ричард кивнул в сторону открытой двери. Там и правда стояли, наверное, все работники ресторана и даже посетители верхней залы. Лица у них были такими восторженными, что они даже не отреагировали на то, что их заметили. Мы с Ричардом рассмеялись.

Пока мы шли домой – обнимались, как школьники, не обращая внимания на малочисленных прохожих.

А что? Требования имперцев к приличиям соблюдены: я в шляпке и в перчатках. А что обнимаюсь с любимым мужчиной – так не их дело!

Перед самым порогом дома Ричард меня поцеловал. Подхватил на руки. Дверь распахнулась – дом словно приветствовал нас, соскучившись.

– Это в вашем мире есть традиция перенести жену через порог своего дома? – прошептал мне на ухо Ричард.

Он донес меня до спальни. Уложил на кровать.