Империя Тигвердов. Пламя мести

 – Смею вам напомнить, миледи, что я несу за вас ответственность! А еще – в прошлый раз, когда вы так исчезли, то были захвачены сошедшей с ума русалкой!

«Это он еще не знает о том, что нашли убитую женщину, похожую на меня…»

Пока наследник гневался, а я ощущала себя девочкой-первоклассницей, одновременно размышляла о том, что надо бы дать задание нашим журналистам узнать подробности этого дела. Но связываться сама с ними я не умела, а просить об этом… Брэндона, например… не очень хотелось.

– Слушайте, – мне удалось вклиниться в его проникновенно-гневный монолог, – но ведь не было никакой опасности.

Я перенеслась в столичный особняк Ричарда. А оттуда дошла пешком до дома маркизы Вустер.

– Так вот где вы были… Как пешком?!

Я посмотрела на него удивленно – моя прогулка, между прочим в соседний дом, тут при чем?

– Вас должны были привезти в карете, – продолжил возмущаться наследник. – Вы же не прислуга, чтобы пешком ходить!

– Брэндон, – взмолилась я, – давайте я отдохну, а вы меня после поругаете.

– Вы хорошо себя чувствуете?

– Отлично. – Так, Вероника. Не краснеть. Ни в коем случае не…

Брэндон посмотрел на меня с насмешкой.

– Простите, что задержал вас в холле.

Покачала головой – вот ведь язва тигвердская…

И прошла в гостиную. Меня встретил радостный Флоризель, всем своим собачьим видом выражая поддержку, но при этом осторожно поглядывая на Брэндона – сердится ли тот или уже нет.

Тут я попала под прицел матушкиных глаз. Судя по поджатым губам, она была совершенно согласна с каждым словом наследника.

Понятно, что сюда долетели все. Странно, что она не выскочила оказать поддержку молодому дарованию, когда он меня воспитывал.

Прошла к своему креслу у камина. Уселась. Погладила подросшего щенка, со счастливым вздохом рухнувшего рядом. Оглядела свое воинство.

Наташа сражалась с имперской печатной машинкой, тыкалась в нее пальцами и тихонько бурчала что-то неприличное. Привычный ей ноутбук зарядить было не с чего, и она пыталась освоить местную технику.

Но у нее это не получалось. К тому же буквы были имперские. А думала создательница фэнтези по-русски… В общем, писательница была в печали.

Джулиана что-то сосредоточенно рисовала в альбоме. Всю неделю она была какой-то потерянной. Погруженной в себя. Почти не говорила. Утром писала статьи – и для газеты, и для журнала. Днем металась по городу, общаясь со знакомыми журналистами и собирая новости. Исчезала вечерами.