Империя Тигвердов. Танго в пустоте

 – Сходная, миледи, с той, когда я сращивал вам порванные нервные окончания.

– Ника? – прошипел отец.

– Травма… – почти и не соврала я. – Погоди, пап.

– Хуже то, что травма молодого человека очень старая. Получена в совсем юном возрасте. Вам было пять дет? – обратился он к Феликсу.

– Шесть, – отозвался тот.

– Вот, – неизвестно чему обрадовался Ирвин. – Понимаете, и скелет милорда, и мышечный корсет формировались под влиянием этой травмы.

– И ничего нельзя сделать? – убито спросил Феликс.

– Я этого не говорил, – обиделся лучший целитель империи Тигвердов. – Я пытаюсь донести до вас и до вашей семьи, что работать придется много. И не только мне. Вылечить вас – не проблема. Срастить раздробленные кости позвоночника, зарастить повреждения спинного мозга, привести нервные окончания в норму. Даже нарастить необходимую мышечную массу на ноги. Это дело, конечно, не одного дня. Но вот будете ли вы ходить… Сможете ли полностью восстановить функции нижних конечностей… Это будет зависеть только от вас.

Будет больно. Будет сложно. Это огромный труд. И от того, как вы будете работать, насколько точно готовы выполнять предписания, зависит результат.

– Что от меня требуется? – отозвался Феликс.

– Первую неделю – хорошо питаться, по часам пить укрепляющие настойки. Я пришлю массажиста. И самое главное – пока я не разрешу, – не вставать с кресла. Есть вопросы?

– Почему вы назвали меня милордом? – блеснул глазами Феликс.

– Вы – сын миледи. Следовательно, милорд, – удивленно посмотрел на него целитель.

 – А теперь, перед тем как отбыть, я бы хотел повторить процедуры. И затем вернемся к ним завтра.

Я поняла, что Феликс не верит ни одному слову, но при этом он улыбался – счастливо и искренне. У меня сжалось сердце.

Ирвин ушел, держа перед собой кулон из черного камня. Посреди нашей кухни возникла радужная пелена портала. Старательно делая вид, что не замечаю открытых ртов и бледных лиц своих несчастных родителей, я попросила у отца мобильник.

Мой остался в брошенной квартире.

– У тебя же есть номер Дениса Юрьевича? Я по памяти не помню.

Отец почему-то недовольно посмотрел на меня, но кивнул:

– Есть.

– Пап, а какая машина участвовала в аварии?

– Серая старая «Ауди». Твой красный «пыжик» так и не нашли.

– Получается, и Денис был уверен в том, что я погибла, – прошептала я. – «Ауди» выдал мне он.

– Слава богу, что все закончилось, – пробормотал отец.