Империя Тигвердов. Танго в пустоте

– Бывшую графиню Олмри я прикажу лишить магии и сослать в колонии. С лишением дворянского титула. Она должна будет выйти замуж в самый короткий срок. Кто согласится на ней жениться – пускай и женится. Только это будет человек без титула. Фермер. Свинопас. Проследите за этим. Чтобы все исполнили в точности. Теперь. Ваш младший сын…

Аристократ почему-то пристально посмотрел на меня, потом отвел взгляд и замер. Император думал. Потом проговорил:

– Пять лет рудников. Но в качестве горного инженера.

При условии героического труда – без поражения в правах. Ему, кажется, нравится экспериментировать с магическими свойствами драгоценных камней? Вот пусть и займется этим. И заодно улучшит их добычу на рудниках. Что касается вины рода Олмри перед моей семьей… Я требую, чтобы вы немедленно вернулись на пост министра финансов. Таков мой приговор.

Доставил меня домой Фредерик Тигверд лично. Радостным возгласом его величество поприветствовал Пашка – видно было, что после моего спасения сын привязался к императору.

Рэм поклонился. И смущенно склонил голову Феликс.

– Как у вас хорошо, – прошептал повелитель империи.

– Оставайтесь на ужин, – предложила мама.

Я быстро поела, извинилась и пошла спать. Ноги подкашивались, руки тряслись, даже на душ сил не было.

Только голова коснулась подушки, я исчезла. Все исчезло. Лишь запах горьких трав, свежей земли и тумана. Чем пахнет туман? Не знаю… Наверное, магией. Магией, что подарила мне жизнь.

Мне и Пашке. Голос, который я не забуду никогда, – пел… колыбельную. На незнакомом, но очень мелодичном языке – не имперском. Я увидела длинные пальцы, сжимающие прозрачный шар. Внутри него спал Рэм…

Герцогиня Рэймская пела колыбельную своему единственному сыну, и лицо ее светилось болью и нежностью… Я тихо стояла, стараясь не мешать. Последняя фраза стихла, герцогиня подняла на меня глаза.

– Миледи, – поприветствовала она, склонив голову. – Добрый вечер.

Я привычно поморщилась.

– Добрый. Но я – не миледи. Я не дочь лорда и не жена лорда.

– Почему это для вас так важно?

– Мои предки пахали землю, добывали уголь. Лечили. Защищали родину. Но на скользком придворном паркете не отметился ни один. И я только их потомок. И горжусь ими.

Герцогиня грустно улыбнулась, аккуратно поставила шар на изящную кованую подставку, под которой тлели травы, источая тот самый горьковатый аромат.