(Не)зависимость. Призванная быть любимой-2

Я предупреждала его, что предопределённость их отношений – это скорее минус, чем плюс, и что он должен завоевать девочку, но каждый учится только на своих ошибках. Универсального рецепта счастья не существует, может, их путь лежит через скандалы и непонимание. В любом случае – пусть разбираются сами, – спокойно ответила я мужу, обнимая его за талию.

– Не знаю, иногда я не понимаю твою логику, любимая, – сказал Ворс, нежно целуя меня в губы.

– Вот! Только оставили их наедине, как они уже милуются, вместо того чтобы поскорее готовиться к вечеру, – наигранно проворчал самый младший из моих мужей.

Если остальные мои мужчины практически не изменились за те тридцать лет, что мы вместе, то Рея просто не узнать: юношеская миловидность полностью ушла из его облика, оставив после себя уверенного, красивого молодого мужчину.

– Непросто отпускать во взрослую жизнь свое дитя, поэтому они нуждаются в утешении друг друга, – примирительно сказал мой светлый ангел Ададжи. Боги, что бы я без него делала? – Я посмотрю на тебя, когда будешь отдавать замуж Свету.

Кстати, любимая, сходила бы ты к Шайшу, он места себе не находит. Сверкает на нас своими глазами, даже на Дея и Соаша рычит.

Я поцеловала ирлинга и Рея и вошла в комнату моего чернохвостого нага.

Он стоял у окна, нервно дергая своей гибкой конечностью, и я в тысячный раз им залюбовалась. Наверное, я никогда не перестану удивляться красоте и грации моих нагов.

Рельефная спина мужа, прикрытая лишь кожаными ремешками традиционного наряда, была напряжена до предела, а скуластое, хищное лицо казалось высеченным из камня.

Капризные, пухлые губы мой змей сжал до такой степени, что они побелели, а вытянутый зрачок превратился в тонкую ниточку, выдавая его недовольство.

– Шайш, любимый, зачем ты себя изводишь? Князь достойный наг, он аин Салишары и просто обожает нашу дочь. Она будет счастлива с ним, – сказала я, гладя его руки, грудь, лицо и покрывая шею невесомыми поцелуями. Мой змей вздрогнул и сжал меня в своих крепких объятиях, зарываясь в волосы лицом.

– Я знаю, только мне трудно представить, что они… – муж пошел пятнами от гнева. Я тихо рассмеялась и с заговорщицким видом шепнула ему прямо в ухо:

– А ты не представляй. Я ведь тоже чья-то дочь, но тебя этот факт не останавливает.

Шайш посмотрел на меня с таким растерянным лицом, обдумывая мои слова, что я не выдержала и заливисто рассмеялась. Он тоже присоединился ко мне, отпуская свое напряжение.