Проклятый король и я

– Простите… Не оторваться, – вздохнул он и улыбнулся: – Остальное отнесу дочери. Нормальная еда – роскошь.

– Конечно, – согласилась я, несмотря на то что изнутри меня так и распирали тысячи вопросов. – Детей надо кормить. Но… Как же вы справляетесь? Суп? Каши? – я представила, какие трудности должны возникать в королевстве с подрастающим, вечно голодным поколением, и ужаснулась.

А как же совсем маленькие дети? Беда… Что за зверь проклял этих несчастных?

Король печально кивал на каждое слово, но упорно молчал, выводя меня из себя.

– Так что у вас случилось? За что вас так? И… кто?

Тем временем над рекой сгущались осенние сумерки. В больших, блестящих чёрных глазах Кекса плясали отсветы огня. Его величество лично ворошил длинной острой палочкой алые угли, пребывая в печали и, кажется, никуда не торопясь. Самое время для страшных историй возле костра. Что ж, я не против. Надо же выяснить, что у них стряслось? Взяла мопса на колени и устроилась поудобнее.

– Если не лукавить, то нас наказали за дело, – со вздохом начал король. – Давным-давно.

– Бушевали звёздные войны, – пробурчала я себе под нос.

– Что? – удивился король.

– Ничего, простите.

– Мы – маленькое, мирное, весьма богатое королевство. Драгоценные камни в горах, золотые рудники. Ещё мы добываем соль.

– И никто не пытался?

– Ну почему же, – недобро усмехнулся мужчина.

 – Понятное дело, мы – лакомая добыча. Однако горы прекрасны тем, что в них может исчезнуть не одна армия. Особенно если обратиться к магии. Опять же – золото, которое мы весьма разумно используем.

– Подкуп?

– И это тоже, – кивнул король. – Мы внимательно следим за настроениями наших соседей, вовремя пресекая идеи о том, что нас можно завоевать.

– Осёл, гружённый золотом, может открыть любые ворота?

– Правильный осёл. И правильные ворота.

Король поворошил уголья, они вспыхнули и ярко осветили его красивое лицо.

– В какой-то момент мы почувствовали, что… Самоуверенность. Гордыня… Понимаете?

– Конечно. Это бывает.

Как заворожённая, наблюдала за красивыми мужскими руками. Сильные пальцы переломили ветку, и та жалобно хрустнула в тишине.

– Рррр… Гав!

– Тише, Кекс. Дай дослушать.

– Мы стали заносчивыми и чёрствыми.

Я лишь вздохнула.