Эльниум. Начало пути

 – Хватит возиться в грязи как малые дети. Ты, Водук, предстанешь перед Тог-Забаром и будешь держать ответ перед ним.

Всадник протянул руку, чтобы помочь подняться своему сослуживцу.

«Они что-то подозревают, – подумал про себя урум. – Плевать, кто станет слушать двух никчёмных всадников на кабанах, охраняющих лагерь».

Он поднялся и побрёл в сторону лагеря. Всадники шли сзади, пристально наблюдая за Водуком. Через несколько минут все трое вошли в военный лагерь урумов. Поселение было окружено деревянным частоколом в форме прямоугольника.

По всему периметру возвышались сторожевые башни. Не сведущий в технологии постройки урумов сразу бы сказал, что эти башни, да и весь их частокол, вот-вот упадут от малейшего дуновения ветра.

Однако это было не так. Урумы возводили свои сооружения неаккуратно: где-то не хватало материала или он просто отваливался, частокол проседал в некоторых местах и часто был наклонен не в ту сторону. Башни по своей форме напоминали зигзаги и никак не ассоциировались с надёжной конструкцией.

Каким образом всё держалось, недоумевал бы любой архитектор линдеров, но ещё большее удивление вызывал тот факт, что снаряды, выпущенные из осадных машин, и с десятого раза не могли разрушить эти сооружения.

Всё дело было в специальной обработке древесины. Как до этого додумались зеленокожие, осталось секретом для линдеров и по сей день. Однако если древесину вымочить в специальном растворе болотной жижи и мёда сетротиских пчёл-убийц, а потом продержать в сухом состоянии десять-двенадцать дней, то дерево превращалось в некое подобие пластилина.

Ему можно было придавать любую форму, скреплять без единой верёвки или гвоздя и возводить из него сооружения, нарушающие все законы физики. Самое удивительное было в том, что весь материал становился невообразимо лёгким, как пушинка. Урумы собирали постройки на любой площадке, а потом просто-напросто брали их в руки и втыкали в землю на несколько метров вниз.

Затем происходило самое сложное. Чтобы дерево вновь стало крепким и потеряло свою эластичность, каждый его сантиметр нужно было протереть обычной водой и дать настояться ночь.

После этой процедуры дерево становилось твёрже аталатита.

Никто, кроме урумов, не владел такой технологией. Ни линдеры, ни кромеры и предположить не могли о такой связи ингредиентов. Зеленокожие относились к тайне с глубочайшей серьёзностью. Весь процесс приготовления знал лишь один урум на весь лагерь и строго руководил процессом обработки и сборки материалов.