Волшебные кости

Теперь запрещалось держать в башнях принцесс, использовать троллей для их охраны, и что уж совсем нелепо, все эти башни переименовать в Чёртовы, а вокруг них сделать деревушки – мало ли принцесса в одну из них всё-таки вернётся.

Резкий порыв холодного ветра, подул мне в спину, будто подталкивая вперёд. Я неуверенно сделала несколько шагов и оглянулась: впервые спустя столько времени за мной никто не гнался. Стояла такая оглушительная тишина, что я могла слышать крики людей около Чёртовой Башни. Ещё несколько шагов на этот раз чуть быстрее, мои ноги подкашивались, будто у только что родившегося жеребёнка.

Что я скажу Вэй? Как на меня посмотрит Маджифуоко?

Мои ноги несли меня вперёд, и я не заметила, как уже бежала по лужайке, перепрыгивая через кротовые кочки и огибая лужицы. Меня вдруг охватило желание радостно завопить на весь луг, и я припустила ещё сильнее. Но чем ближе виднелась Чёртова Башня, а вместе с ней и разноцветный купол шатра театра, тем сильнее во мне поднималась беспокойство: что если я не успела? Что, если Варравар отдал Вэй, и она так и не узнает, что я проделала весь этот путь ради неё? Я бежала так быстро, что вскоре начала задыхаться.

Мне пришлось остановиться на отдых – хоть тьма и вылечила мою рану, силы мне придётся восстанавливать ещё долгое время.

У меня ушло некоторое время, прежде чем я добралась до театра. К счастью, поблизости не было ни стражников, ни Печальных Братьев. От театра странным образом не исходило ни шума, ни прежнего веселья.

Меня не покидала тревога, и я спряталась за одним из вагончиков, всматриваясь в проходящих мимо артистов. До представления было ещё слишком много времени, и все актёры были без масок. Большинство из них выглядели осунувшимися, с тёмными кругами под глазами и глубокими морщинами на лбу. Проведи чуть дольше времени вне театра, я бы и не узнала в этих усталых, хмурых мужчинах, тех самых гистрионов, которые не упускали возможности подтрунить надо мной.

Мимо меня прошла Мэри или Кэри – никогда не могла понять, кто есть кто. В дневном свете она выглядела совершенно не так, как я помнила: без своего яркого грима и ярко-алой помады, женщина походила на серую мышь с грязно-русыми волосами. Мне стало как-то горько на душе, и я тихо двинулась дальше, пытаясь найти вагончик Маджифуоко.

Чем дальше я углублялась в закоулки вагончиков театра, тем разительнее они отличались от моих воспоминаний.