Волшебные кости

Она протянула ко мне руку прохрипев:

– Ты обманула меня, Лили!

– Вэй, я обязательно вернусь, – в ужасе прокричала я, но она, продолжала:

– … Бросила меня одну в этом гнилом театре!

– Я всё исправлю, Вэй, пожалуйста, перестань!

Вокруг нас послышался шум тысячи голосов. Я завертела головой по сторонам и поняла, что мы были на сцене. На нас были направлены факелы, и по всему периметру подмосток стояли люди в масках. Они жадно тянули ко мне свои руки, тихо шепча что-то. Вэй подходила ко мне всё ближе, бормоча одно и то же «Обманщица! Обманщица! Обманщица!».

Толпа начала вторить ей. Кольцо вокруг меня сжималось всё сильнее, точно так же, как около шатра, когда я встретила Бериала.

Я сжалась, словно хорёк, закрыв уши, но звук всё равно проникал сквозь пальцы, и тогда я закричала, так громко, как это было возможно. Волна от моего голоса раскинула сжимающую меня в кольцо толпу. Вэй отбросило в сторону, и она обмякла рядом с одной из балок.

– Вэй!

Уже кинувшись ей на помощь, я остановилась, поскольку на меня надвигалась другая фигура.

Из тени закулисья вышел Маджифуоко, в отличие от всех остальных на нём не было маски. Однако, на его лице застыла печальная, даже трагическая гримаса. Присев рядом с Вэй, он провёл пальцами по её побелевшей щеке.

– Зачем ты убила свою сестру, Лили? – Он осуждающе покачал головой. В его глазах промелькнула тень недовольства, и Маджи уставился на меня.

Стало тяжело дышать, а ноги снова приросли к полу. Судорожный комок встал поперёк горла, я только и смогла, что выдавить:

– Это неправда…

– Посмотри, – он показал мне на побелевшую Вэй, словно отчитывая меня за сломанную игрушку, – разве можно так поступать со своей сестрой? Ты убила её.

– Нет, нет, – я завертела головой, но горячие слёзы уже выступили у меня на глазах, – я не хотела, Маджи.

Вместо привычного рабочего костюма на нём был длинный холщовый балахон, словно у монаха. Он подошёл ко мне, но вместо привычного запаха гари, сопровождавшего его, мне в нос ударил сладковатый дух разложения.

– Ты погубила Вэй и погубишь нас всех. Ты опасна, Лили.

При этих словах он достал из своего рукава тонкий кинжал и направил его мне в грудь. Не веря в происходящее, я прошептала:

– Прошу тебя, Маджи, не делай этого.

Он усмехнулся, и его лицо начало меняться прямо на моих глазах. Я застыла, словно заворожённая, наблюдая, как улетучиваются знакомые черты, и вместо них появляются мягкие и тонкие очертания нового лица.