Жатва

Она сама составила текст соглашения о целенаправленной передаче донорского органа. Таким образом, передача сердца Карен Террио для пересадки семнадцатилетнему Джошуа О’Дею была зафиксирована документально.

На Джо Террио подействовал возраст мальчишки. Он все так же сидел у постели жены, держал ее руку и слушал слова Эбби о семнадцатилетнем парне, любящем бейсбол. Дослушав, Джо молча подписал соглашение.

Потом он в последний раз поцеловал жену.

Медсестра помогла Эбби надеть стерильный халат и перчатки размера шесть с половиной.

– Кто будет изымать сердце? – спросила она.

– Доктор Фробишер из команды Тарасова. Я уже с ним работала, – сказала Вивьен. – Скоро должен подъехать.

– Как насчет переезда Джоша?

– Тарасов позвонил десять минут назад. Они получили все анализы Джоша и подготовили операционную.

Вивьен нетерпеливо смотрела на тело Карен.

– Я бы и сама извлекла сердце. Где этот чертов Фробишер?

Они подождали десять минут. Пятнадцать. Интерком возвестил о новом звонке Тарасова.

Тот интересовался, как подвигается жатва.

– Пока никак, – ответила Вивьен. – С минуты на минуту ждем доктора Фробишера.

Наконец медсестра сообщила по интеркому, что доктор Фробишер приехал и переодевается.

Еще через пять минут в операционной появился Фробишер. С его мясистых рук капала вода.

– Перчатки девятого размера, – потребовал он.

Обстановка в операционной сразу же стала напряженной. За исключением Вивьен, никто из присутствующих не работал с Фробишером.

Свирепое выражение его лица отнюдь не располагало к разговорам. Медсестры молча и проворно помогли ему надеть халат и перчатки.

Встав к столу, доктор Фробишер критически обвел глазами собравшихся и объект жатвы.

– Что, доктор Чао, опять неприятности? – спросил он.

– Как обычно, – ответила она и кратко представила собравшихся. – Доктор Лим займется почками. Мы с доктором Ди Маттео, если понадобится, будем ассистировать.

– Что с пациенткой?

– Сильнейшие травмы головы.

Ее мозг мертв. Все необходимые документы на донорство органов подписаны. Возраст – тридцать четыре года. До катастрофы была практически здорова. Анализ крови произведен в полном объеме.

Рука Фробишера со скальпелем замерла над грудью Карен.

– Есть еще что-то, о чем я должен знать?

– Больше ничего. БОНА подтверждает высшую степень совместимости. Можете мне верить.

– Терпеть не могу, когда мне так говорят, – пробормотал Фробишер.