Курок и калла

Эти фигуры не двигались ни на дюйм, не говорили ни слова; даже мысли их были полны визуальных образов, которые не отражали ни звука.

– Нового ничего не скажешь мне? – спросил Песоко вдруг, чтобы хоть как-то перебить давящую тишину своим голосом.

Ми зябко поёжилась; с тех самых пор, как она легла на эту козетку, это было первое движение, которое она воспроизвела. Неизвестно, что могло бы случиться, если бы

Песоко, прогуливаясь вокруг Маяка, случайно не нашёл её на песке. Эти девчонки… проявили халатность, но лишь по незнанию.

– Ладно, скажу. Дам подсказку. Мир разрушается, Песоко. Тебе нужно быть рядом.

– Это я знаю, – устало ответил Песоко.

– Но не знаешь, как разрушается мир. В прямом смысле – камни будут падать и падать, пока не упадёт последний; и в переносном – люди и ведьмы развяжут войну, чтобы истребить друг друга. Ты заметил? Напряжение между людьми и ведьмами уже достаточно накаляется.

Песоко вернулся к столу, но на этот раз опёрся о столешницу спиной. Его взгляд блуждал по горящим волосам девушки.

– И это говоришь мне Ты? – с нажимом спросил он. – Та, которая упала прямо перед Маяком, у всех на виду? Тебя нашли какие-то девочки, Ми. Не хочешь мне теперь объяснить, как я должен предать их забвению? Я уже несколько дней об этом думаю, пока ты была без сознания.

– Я тоже об этом думаю, – ответила Ми. – Эти девочки… у Судьбы на них планы.

– Значит, и у меня. Одна из них совершенно точно ведьма, а вот вторая нет. Как думаешь, может ли ведьма быть той самой, которую я ищу?

Ми пожала плечами. Говорить с ней было всё равно, что говорить с самим собой – никаких прямых ответов, только подсказки и нелепые случайности, которые каким-то образом могли повлиять на Судьбу. А может, это сама Судьба влияет на неё? Об их взаимоотношениях Песоко не узнавал доподлинно, но чувствовал, что Ми просто удобства ради разделяется на себя и Судьбу.

– Сейчас ты больше всего похожа на себя настоящую, – сказал Песоко с горькой усмешкой.

– С чего ты взял, что настоящая я – такая? Может, я просто её приспешница? Как видишь, ты не можешь вытянуть из меня ни одного толкового ответа, а знаешь, почему? Она, – девушка показала пальцем наверх, – не хочет, чтобы я знала больше нужного для этого этапа истории. Ты меня понимаешь?

Песоко усмехнулся.