Просто забудь меня

Они как бы учились друг у друга – Ноэль перенимал у сестры способность быть где-то мягким и даже нежным, а Эйв училась у брата быть смелой, решительной. Они всегда дополняли друг друга. Даже идея Ноэля праздновать дни рождения в разное время удивительным образом подчеркнула его привязанность к ней. Несмотря на свое желание всегда находиться в центре внимания, он хотел, чтобы замечали именно Эйв, чтобы ее ценили больше.

– Вы думаете, отъезд Ноэля как-то повлиял на их связь?

– Думаю, да. Возможно, им снова стоит находиться рядом.

– Вы хотите, чтобы ваш сын вернулся?

– Я не могу просить его об этом. Он на пути к своей мечте. Кем я буду, если разрушу это?

– Но если Эйвери станет легче?

– Возможно, это ей стоит уехать. Быть ближе к брату, быть рядом с матерью.

– И ей станет лучше?

– Не знаю.

– Послушайте, если бы это было действительно так, то вы давно бы уже это сделали. Поверьте, сейчас не самое лучшее время подвергать ее такой перемене. Это не сработает.

– Но…

– Мистер Хейз, ваша дочь не страдает от разлуки с братом.

– Но ведь переезд может ей помочь.

– Переезд может внушить ей, что от нее избавляются. Что с ней действительно что-то не так, и она лишь острее ощутит свое одиночество и ненужность. Тогда…

– Что?

– Всё может повториться.

Не желая больше слушать, я отхожу от двери кабинета и возвращаюсь на свое место в приемной. Здесь светло. Яркие красные стены, – чем-то напоминающие мою спальню, – с белыми полосами от самого потолка до пола, удобные кожаные кресла с подушками из мягкой ткани.

Как только я сажусь в одно из кресел, дверь в приемную открывается и вновь появляется приветливая помощница, которая угощала меня печеньем.

– Как ты здесь? Хочешь еще печенья? – с широкой улыбкой интересуется она, бросая быстрые взгляды на дверь своего шефа.

– Нет, спасибо, – бормочу я, подставив руку под голову.

Глупо ее обвинять в том, что она оставила меня одну в приемной на каких-то пару минут.

Папа хочет, чтобы я пожила с мамой. Думает, что мне станет легче. Но я в порядке. Почему они этого не видят? И когда закончатся эти бесконечные сеансы?

Могу представить, какого? было папе. Как он себя чувствовал, когда с ним связалась служба по защите детей. Мне действительно стыдно за все, через что прошла моя семья. И до сих пор проходит.