Последний демон. Спасение во Тьме

Не будь в Храме столько народа, обладающего всевозможным даром, Виктор и Старшие маги уже ощутили бы запретное заклятие, но при данных обстоятельствах они его попросту не заметили. Еще шаг – и Виктория ступила на остров. Меня охватил ужас, когда я понял, что против своей воли призвал меч из кольца.

А дальше все произошло слишком быстро.

Молниеносным выверенным ударом я пронзил сердце Виктора. Ударом, в который вложил всю свою мощь и магию, с отчаянием глядя в серо-голубые глаза, полные боли и непонимания.

– Арий… – Мое имя – последнее, что он произнес прежде, чем его жизненная сила и дар навсегда угасли.

Я резко выдернул клинок из груди дяди, и тело Верховного мага упало в озеро, взметнув в воздух сотни брызг.

Храм наполнился криками, но они казались приглушенными, словно доносящимися из-под толщи воды. Тело все еще не слушалось, я не мог даже осмотреться. Понял, что снова замахиваюсь. В этот раз моей целью был Павел. Всеми силами я продолжал сопротивляться, пытался остановиться, но тщетно.

Брат призвал меч, готовясь защищаться, но он ни за что не успел бы отразить мою атаку. Я – нолгурд, куда быстрей и сильней. К моему счастью, Ларион тоже был нолгурдом и мало уступал мне в скорости. Я испытал чувство невероятного облегчения, когда он возник между нами с Павлом и отразил мой удар. Павел, не мешкая, схватил Анну и потащил ее прочь с острова, попутно увлекая за собой оцепеневшую от ужаса Викторию, за ними последовали Ярослав и Эрика. Гости в панике покидали зал. Все это время Ларион стоял передо мной, готовый атаковать в любой момент, стоило мне лишь шевельнуться. Но я не двигался.

– Арий, – голос друга звучал твердо и властно, не так, как обычно, – отзови оружие и сдайся. Мы во всем разберемся. Я гарантирую, что твоей жизни ничего не угрожает.

Не могу.

Я встал в стойку, давая понять, что не собираюсь сдаваться, руки сами крепче сжали рукоять меча.

– Арий, если ты не сдашься и станешь сражаться, нам придется тебя убить, чтобы остановить. Ты это понимаешь? – Ларион произносил слова медленно, специально тянул время, давая мне возможность одуматься.

Понимаю и ничего не могу с собой поделать.

За спиной Лариона возникли еще с десяток нолгурдов.

Мне конец.

Я в панике и полнейшем отчаянии вглядывался в знакомые лица, на которых читались непонимание и растерянность. Знал, что они не хотели убивать своего предводителя, наставника, друга, но прекрасно понимал: у них не останется выбора, если Ларион отдаст такой приказ.