Если ты вернёшься…

Я сегодня Наталью Геннадьевну видела, она только и говорит, что про родительскую плату за садик…

– Знаю я! – вдруг озлилась мать, махнув на меня рукой. – Зарплату получу и внесу деньги на счёт, а ты ей лишний раз на глаза не попадайся.

Прижавшись к холодной бетонной стене, я замолкла, как всегда, пытаясь избежать надвигающейся грозы.

– Чем целый день занималась? Пол не мыт, пыль повсюду! Бельё хоть догадалась постирать?

– Мама, я убиралась. Если не веришь мне, спроси у Сашки, он подтвердит, – пролепетала еле слышно, внутренне сжимаясь под её сердитым взглядом.

– Вижу, как ты «убиралась»! Родители с работы пришли, усталые. Мне ещё в ночную идти… ужин надеюсь готов?

– Макароны с тушёнкой. Наверное, ещё не остыли, я на плите оставила…

– «Наверное», – передразнил отец, – иди и подогрей, чем гадать.

Встав с места, он взял в руки незамеченный мной ранее пакет и вытащив из него жестяную банку пива открыл её сделав глубокий жадный глоток.

– Папа… не пей. Пожалуйста…

– Много ты понимаешь, шмакодявка.

Молча включив конфорку, я передвинула на неё сковороду и забралась на подоконник, спрятавшись за занавеской.

Минут через пять в кухню вошла мама. Нарезав хлеб, нервно поставила тарелку на стол и села на подлокотник дивана. Взяв в руки один кусок, она медленно расщипывала его на крошки, отправляя в рот.

– Сейчас макароны подогреются… мам…

– Что? – встрепенулась она.

Спустившись я разложила еду по тарелкам. Санька уже приготовил вилки для всех. Подтащив к столу табурет, он встал коленями на сиденье, в нетерпении крутясь из стороны в сторону.

– Сядь нормально, – одёрнул его отец, дав незаслуженный подзатыльник.

Малыш притих. Не сводя взгляда с тарелки, он молча ел, старательно тыкая острыми зубцами вилки в податливое мягкое тесто завитков. Залпом выпив кружку сладкого чая, разведённого тёплой кипячёной водой, выпалил слова благодарности повару и стрелой унёсся во двор.

Я осталась с родителями, которые негромко переругивались между собой, чем-то снова недовольные.

Поздним вечером, проводив маму на работу я перемыла посуду, оставшуюся после ужина и расстелив для отца постель ушла к Сашке, чтоб прочитать вместе с ним очередной комикс. Дождавшись, когда домочадцы наконец уснут я тенью, прошмыгнула к входной двери.