Блуждающие души

Я замирала на секунду у монитора, как зачарованная, наблюдая, за его уверенной манерой держаться с подчиненными. Или, когда он с присущей ему аристократической сдержанностью и вежливостью, мастерски четко раздавал распоряжения заходившим к нам подрядчикам из службы логистики. Ни разу не сорвавшись на крик и не повысив голос и на полтона. Но уже в следующий миг встряхивая головой, гнала от себя мысли о нем, поправляя выбившиеся непослушные пряди за ухо, и снова возвращалась к работе.

Ближе к вечеру стало точно ясно, что завтра нам предстоит провести тут еще один день.

Часов в семь, выключая аппаратуру и раскладывая по коробкам прошедшие проверку лоты, мы дружно собирались уходить, когда вдруг от Антуана поступило спасительное предложение вместе сходить поужинать в ближайший ресторанчик. Спонтанные решения всегда самые лучшие, по крайней мере я была этому рада, ведь мне не придется оставаться с Владом наедине. А вот в его планы это похоже не входило, о чем свидетельствовали сжатые в тонкую линию губы, но, так как я уже радостно приняла предложение, вынужден был тоже согласился. Понятное дело, ужин закончится рано или поздно, и всё равно нам придется вместе возвращаться в отель. Но даже такой незначительной отсрочке я внутренне радовалась, как ребенок. Причиной тому были противоречивые мысли, которые весь день не отпускали. С одной стороны, меня притягивало к младшему Витковичу словно магнитом, но с другой, хотелось держаться от него подальше. И хочется и колется, как говорится. Опять же, проиграть ему совсем не хотелось. Дело принципа, доказать, что не отношусь к тем девушкам, которые сразу же бросаются в объятья богатого парня, пусть и тысячу раз красивого, стоит лишь поманить. Но факт оставался фактом, чем больше мы находились рядом, тем интереснее он становился для меня, раскрываясь постепенно с разных сторон. И даже сейчас, встречаясь иногда с ним глазами за ужином, внутри что-то раз за разом предательски екало и сжималось. Искренне смеялась над его остроумными шутками вместе со всеми, но видела, что являюсь единственной его целью. Так уж устроено, жертва всегда чувствует, когда на нее началась охота. Испуганная антилопа настороженно замирает, замечая легкий шорох в ближайших зарослях пожухлой травы в прерии. Она чувствует, хищник рядом, но сделать уже ничего нельзя. Рассчитывать можно лишь на свои ноги, выносливость и желание убежать, спасаясь.