Демоны на привязи

– Тупая ослица, он все равно нас будет слышать, – комментирует посаженный на стол Децимус.

– Но зато я его не буду видеть. Я поняла, что рептилии мне очень не нравятся. Бр-р! Длинный, холодный. Как мой даймоний, сформулируй, пожалуйста, что мне загадать. Пока я избранная жертва и лакомство для всей нечисти, мне нужен защитник. Задача понятна?

– Нужно подумать… – задумчиво протягивает кролик и замирает, как будто уснул с открытыми глазами. Я решаю его не тревожить: пусть думает. Нахожу в шкафу овсяное печенье, наливаю молока в стакан.

Я ведь так и не поела со всеми этими потусторонними проблемами. Остатки молока наливаю в миску, крошу туда одну печенюшку и ставлю на пол за печку. Чавканье раздается почти сразу же. Интересно, чур сшил себе новую одежду?

– Попроси его стать твоим а-н-гу-ом-хо-о-ни-том-ом, – раздается голос Децимуса, когда я уже делаю последний глоток.

– Кем-кем? – поворачиваюсь к демону, а этот мелкий пушистый гад жует мой недорезанный салат.

Я вижу, как кусочек огурца с темнеющей капелькой засохшей крови исчезает в пасти зверька, а кролик даже глаза от наслаждения прикрывает и урчит:

– Сладко, м-м-м! Ом-ном-ном! Мрр-ом-ном!

– Ты же мой даймоний! Ты не можешь моей кровью питаться! – ошарашенно, с опасением смотрю на зверька. А если он сейчас мне в глотку вцепится? Кролик поспешно дожевывает, проглатывает.

– Сам я тебе причинить вред не могу, но что упало, то пропало! Какая же у тебя кровь вкусная! Ариночка, может, накапаешь мне еще чуть-чуть? Я хороший, советы даю! И очень голодный.

Мне так нужна сила… – Он смотрит на меня большими, влажными черными глазами, такими умоляющими и умилительными, что я начинаю раздумывать: а не согласиться ли? Действительно, уколоть палец, накормить бедного зверька. Что мне, жалко? Вот же шь! И у этого тоже харизма!

– Прекрати на меня воздействовать! Лучше скажи понятно, кем Ангус должен стать.

– Ангелом-хранителем, – отвечает кролик, почесывая лапой под подбородком.

Именно той, которая у него «больная». Притворщик!

Из спальни доносится сдавленное ругательство и ритмичный стук. Кажется, этот змей решил об пол головой побиться. У рептилий бывает сотрясение мозга? Возвращаюсь в комнату. Змей свернулся чуть ли не в узел, лежит, прикрыв желтые глаза с вертикальными зрачками.

– Ангус, будь моим ангелом-хранителем, пока я не отпущу тебя. Желаю!

Все повторяется.