Демоны на привязи

– Что тебе нужно? – Козел тряхнул головой. От одного вида Седьмой у него чесался лоб от желания пронзить рогами мягкое, податливое тело, подкинуть вверх, а потом еще долго и с наслаждением бодать и топтать копытами.

– Хотела предупредить: не вмешивайся.

Козел молчал, смотрел на плещущееся у подножья скал море и представлял, как красиво будет смотреться Седьмая там, внизу, когда ее тело будет биться вместе с волнами о твердые камни клифа.

– Я вытряхну все твое грязное бельишко на Совете Двенадцати, ты и мекнуть не успеешь.

 – Демоница презрительно сощурила глаза, отчего ее прекрасное лицо вмиг потеряло изрядную долю привлекательности.

– Пустая угроза. Ты не посмеешь.

– Проверь. – Она развернулась и так же элегантно начала удаляться от места короткой встречи.

– Сука, – бросил Козел почти шепотом, но у Седьмой был очень хороший слух, как, впрочем, у них всех. Демоница услышала, обернулась, показала ровные белые зубы в широкой улыбке. Она сочла это за комплимент.

Светловолосый мужчина, на вид лет тридцати, сидел на краю клифа, свесив в пропасть ноги в дорогих туфлях.

Секундус достал из кармана телефон.

– Еще не определили, в какой стране появился Избранный? Ищите быстрее.

***

Россия. Подмосковье. Настоящее время

– Э-э-э… Спасибо, конечно, за столь лестное предложение… Но, пожалуй, откажусь, – неожиданно тактично озвучиваю свои не очень цензурные мысли: «Вконец охамели демоны!» Чувствую, как волна стыдного жара заливает лицо. На секунду – нет, на сотую долю секунды – мое богатое воображение подкидывает мне картинку «я и два демона».

Мне почему-то представляется, как мы все втроем идем на свидание. Лепус притаскивает сорванные с клумбы тюльпаны, а Ангус – букет алых роз в изящной упаковке. А потом они наперебой кормят меня сладкими булочками. Романтика смущает меня больше, чем если бы я вообразила секс. Вот же шь!

– Просто поспать, детка, отдохнуть на одной постели. Ты же наверняка не выспалась этой ночью, а сон рядом поможет мне окончательно восстановить энергию, потраченную на твою защиту.

 – Ангус прищуривает хитро вспыхнувшие глаза, так и говорящие: «Знаю, о чем ты подумала, и я не против».

– А без этого никак? – все еще пытаюсь сопротивляться.

– Поспать все равно надо. Ночью на это времени не будет. Детка, не бойся: если кто-то опять за тобой придет, я это учую, – рассудительно говорит Ангус. Удивительно, но Децимус молчит, не вставляет ехидные комментарии.