Шестая брамфатура. Или Сфирот Турхельшнауба

Банк, где он работал, назывался «Торговый банк инвестиционного кредитования», сокращенно «Тобик». Веня прикинул, что опоздал не сильно, до заседания кредитного комитет оставалось целых пять минут. Можно было успеть распечатать аналитические записки. Пробежаться глазами по цифрам. Он быстренько сбросил пальто, включил компьютер, ввел пароль.

Но кредитному комитету не суждено было состояться. В комнату, запыхавшись, вбежала энергичная и раскрепощенная Янина Сцапис, начальница административного отдела. Она с порога загудела как пароход:

– Витопластунского посадили!

– Как? Не может быть!

Веня удивился.

Витопластунский возглавлял правление банка. Конечно, как и подобает всякому начальнику, он был законченным придурком. Однако, на фоне иных экземпляров из трудового прошлого Вени, казался паинькой. Веня вспомнил свой дайджест новостей и подумал: «Ну вот, добрались и до нас!»

– Сама не поверила бы, если бы не видела своими глазами!

– И что вы видели?

– С утра, пока народ не пришел, я цветочки поливала на пятом этаже, у руководства.

Вижу, идут двое в штатском. Выглядят странно: черные пальто до пола, шапки меховые. Волосы такие длинные, в завитках. На ногах – синие бахилы. Ворвались в кабинет, достали красные книжечки. Охрану в угол оттеснили, надели наручники на Витопластунского и увели.

– За чтобы это его?

– Ума не приложу. Он у нас такой осмотрительный, чуткий в финансовых вопросах. А какими связями оброс? Насчет политики вообще звериный нюх имел…

– Ну что вы его зря хороните? Наверное, произошла ошибка… следствие разберется.

Может быть, его потом отпустят?

– Ошибка – не ошибка, а мы вызвали два передвижных шредера на базе автомобиля МАЗ. Вот-вот приедут. Будем утилизировать документацию. Ты же знаешь, Венечка, архив давно переполнен. Отчетность по рискам – те еще авгиевы конюшни. Мы же не обязаны этот хлам хранить? Ты подумай, что у тебя накопилось. Но свежие документы трогать нельзя: очевидно, налетит проверка. Ты ведь ничего такого не позволял себе подписывать в последнее время, Венечка? – поинтересовалась Янина Самойловна.

– Вот если только та сделка с банком «ЖМУР». На шестнадцать миллиардов, помните?

– Как же ты умудрился вляпаться, родной? Что же твой анализ показывал? – воскликнула Янина Самойловна.

– Казалось, что все чисто! Обычный контрагент, в меру ненадежный. Да и Светозар Бздяк требовал, можно сказать, умолял: у них, дескать, план по инвестициям горит, – оправдывался Турхельшнауб.