Коробка Феникса

Я видел свои руки, и они казались мне чужими. Я закрыл глаза. Сцены убийства, бархатный голос, луна, сказочный лес и огонь. Огонь. Голова разрывалась. Я открыл глаза и понял, что мой дом охвачен пламенем. Не помня себя от ужаса, я бросился вон из комнаты и полетел вниз по лестнице. Каждая ступенька обжигала меня. Разум окончательно помутился, и, упав на пол первого этажа, я понял, что не могу подняться. Вокруг кромешная тьма. Я просто брежу… – эта мысль постоянно выскальзывала из моих горячих рук, – просто брежу… Я попытался подняться, но, обессиленный испугом, повалился на пол.

Всё кружилось, вертелось, я попал в бесконечный калейдоскоп. Через час или, может, два, а может быть, через всю вечность, лихорадка разжала свои тиски. Я лежал на полу на спине, меня волнами накрывал озноб. Сознание по кусочкам собиралось обратно воедино. Я покрутил глазами и поймал свет, который проходил через кухонное окно. Мой взгляд зацепился за него. Будто опираясь на этот луч света, я поднялся и пошёл к стенке. Где-то там был выключатель. Не отрывая взор от света, я начал исследовать поверхность в поисках кнопки. Холодные обои неприятно касались моей щеки. Моя рука нащупала выключатель, и я щёлкнул им. Глаза заболели от света, и я прищурился. Я почувствовал, что нахожусь не один. Я замер. Жуткое ощущение. Я перестал дышать и прислушался. Вроде ничего. Я медленно повернулся вправо и вскрикнул. Из окна гостиной на меня смотрел ворон. Он никак не отреагировал на мой крик. Он продолжил за мной наблюдать. Я попятился назад и спрятался за кухонным столом. Птица не улетала. Вдруг на улице я услышал скрип снега. Кто-то ходил там. Ворон тоже это заметил. Он повернулся на звук. Я залез под стол и наблюдал. Мне страшно хотелось закрыть глаза руками. Ворон в окне занервничал. Я не выдержал и зажмурился. Через пять секунд тишины я открыл глаза. Ворона не было. Вылезать из-под стола я боялся, но надо было выпить жаропонижающее. Озноб всё ещё мучал меня. Я вылез из своего укрытия, схватил нож из раковины и подошёл к окну. На улице никого не было. Я прислушался. Всё было тихо. Я решил, что проверю сад с утра.

Через двадцать минут я уже сидел на втором этаже и пил лекарство из огромной кружки. Пар исчезал во мраке.

Вскоре я заснул.

Я не знал, верить своим глазам или нет. Медные лучи зимнего солнца скоро должны были зажечь небо оранжевыми пятнами. На часах, кажется, было полвосьмого, хотя нет, семь пятнадцать – двадцать… Ну да, полвосьмого, если округлять.