Кровь и чернила

– Всё нормально выглядит не так, – мрачно покивал головой проректор.

– А может, пулю распишем? – неожиданно предложил Ульрих. В его руках сама собой материализовалась бутылка.

– Я не откажусь, – обрадовался Рей.

– Мне, признаться… – начал было Гринривер.

– А я не про вас, орёлики мои героические. Хотите порадовать дедушку – вернитесь сюда до того момента, как я допью с князем эту бутылку. А вообще, начинаю обратный отсчёт. Три…

Рей и Ричард соображали практически мгновенно. Не успел Ульрих придумать очередную каверзу или хотя бы сказать «два», как компаньоны покинули кабинет.

Салех при этом мстительно выбил дверь головой мёртволицего дознавателя, который не ожидал подобного обращения и потому даже не дёрнулся, когда его сгребли мощные руки.

Гринривер тоже вышел своеобразно, оставив после себя ровную дыру в полу.

Воссоединились приятели уже на улице.

– Мистер Салех, вынужден вас огорчить. Вы официально теряете титул самого пугающего моего знакомого.

– Печально, но и ты уже не самый мразотный мой знакомый.

Ты больше напоминаешь тренировочную версию своего предка. Вот проживёшь две тыщи лет… Рад, что я этого не увижу.

Салех бежал легко и нужды в том, чтобы сохранять дыхание, не испытывал.

*****

Студенты, встретив удирающих компаньонов, провожали их взглядами, полными недоумения и ужаса. От кого вообще могут убегать эти двое? Все помнили: когда в город прибыла парочка архидемонов, Салех с Гринривером тоже бежали – к жутким монстрам, с целью убить.

И это у них неплохо получилось.

Салех любил повторять армейскую присказку: бегущий офицер в военное время вызывает панику, а в мирное – смех. Сейчас он мог гордиться – справедливость этой мудрости превзошла любые ожидания. Мирное время на территории кампуса стало военным в считанные минуты, а паника стала массовой и того быстрее. Студенты, практика которых не отличалась особой безопасностью, а способности позволяли время от времени уничтожать противника батальонами, обычно отличались исключительным чутьём на неприятности.

А тем, кому не хватило чутья и воображения, объяснили товарищи.

Короче, приятели ещё не успели добежать до своей комнаты, а почти полтысячи студентов уже смело, решительно покидали территорию университета. К ним присоединились преподаватели, которые тоже дефицитом чутья не страдали. Да и опыт имели богатый.

Паника встала в полный рост, расправила плечи и шагнула в город.