Кровь и чернила

– Говножор!

– Рука демона тебе в жопу!

– Удави тебя жаба!

– Ангельский понос!

– Сукин сын!

– Номер твой сотый!

– Да как тебе это удаётся, лысый?! – и снова глоток. – Семя бездны!

Рей всерьёз и надолго задумался. Графёныш пьяно осклабился.

– О, мистер Салех! Нет ничего постыдного в проигрыше! Выпьешь?

– Нет! Ырмагон тебе на ногу!

– А это что за зверь?

– Не, это не зверь. Это молоток такой, со сферическим оголовьем. У нас в полку служил один степняк, в частях снабжения. Он этим молотком очень удобные котелки правил, из кровельной меди.

Ух, и тяжёлая зараза, этот молоток. Он им меня как-то раз отоварил! – Рей тепло улыбнулся.

– А за что отоварил?

– Так знамо, за что. Котелок хотелось мне. А с деньгами напряг был. Так этот чёрт степной в кредит отказался работать… – теперь громила тяжело вздохнул.

– Недюжинных душевных качеств был человек. Я бы не рискнул.

– Подарил бы котелок?

– Не, пристрелил бы тебя. А если бы не справился, то себя, – Гринривер бросил оценивающий взгляд на приятеля.

– Ты это, давай слово говори!

– Хорошо, не мельтеши! Улей тебе в шляпу!

– Усрись кровью!

– Раунд!

Ричард снова хлебнул. Руки слушались плохо, и потому графёныш несколько раз поднимал и опускал колбу, рискуя захлебнуться.

Пока Рей наблюдал за редким цирковым номером «Аристократ, ужравшийся верхом на драконе», дракон этот влетел в тучу, и видимость упала почти до нуля. А ещё в туче активно формировался дождь.

Рей натянул на голову капюшон плаща из плотной брезентовой ткани с водооталкивающей пропиткой.

Плащ он надел загодя, едва увидев тучу на горизонте. А вот Ричард, занятый поглощением спирта…

– Гринривер! Ты совсем тупой? Как тебе поможет зонтик?!

– На это я тоже не знаю, что ответить! Слов на эту букву я не помню. Придётся пить!

Осадки артефакт невидимости не сдерживал никак. Снижать скорость полёта дракон и не подумал, так что продвижение через тучу мало отличалось от скачки под проливным дождём.

Водяная взвесь потоками оседала на драконе и его седоках. Седоки вынужденно согнулись в три погибели, поскольку не только разговаривать, но и дышать в этом сером киселе было затруднительно. Разговоры смолкли, и лишь приглушённый шелест крыльев разрывал ватную тишину.

Вряд ли полёт сквозь тучу занял так уж много времени, но Рею с Ричардом показалось, что он длился вечность, а то и полторы. Но всё имеет свой конец, и у тучи он объявился неожиданно.