Три сапога пара

В захмелевшей голове Салеха плескались, как рыбы в садке, противоречивые эмоции. Он никак не мог взять в толк, как относиться к новому знакомому. Нет, он решительно не понимал: как, ну как Ричард дожил до своих лет?! Пусть и графский сынок, но его один хрен должны были прирезать! Если не задушить подушкой ещё в раннем детстве…

Своего попутчика инвалид догнал уже у двери буфета, которую Гринривер открыл, ясное дело, пинком.

– Что желает благородный гость? – засуетился официант в накрахмаленной рубашке.

– Выпить! Самого лучшего пойла в этом сарае! И штоф коньяка моему другу! Можете разбодяжить чай водкой, он всё равно не заметит разницы.

Рей снова попытался улыбнуться, демонстрируя официанту что его товарищ пошутил. Официант ощутимо позеленел. Приняв радостный оскал за сообщение примерно следующего содержания: «если в штофе будет чай с водкой – официант пойдёт на закуску».

Из-за выпитого всей глубины собственной харизмы Салех не осознал и пятью минутами позже оценил высокое качество коньяка с мыслью «а дипломатия действительно решает многие вопросы».

– Ну? – поинтересовался он у Ричарда, когда они уселись на мягких стульях за большим столом. Официант носился, как наскипидаренный, и на столе постепенно образовывалась воодушевляющая картина.

– Ну? Это ты мне говоришь? Это не я нарушаю законы природы! – ответил Гринривер, вытягивая ноги.

– Ты маму не трожь! Мои родители – замечательные люди, мой отец – заслуженный…

Салех наткнулся на взгляд Ричарда и заткнулся.

На него смотрел человек, минутой ранее объявивший банальность вроде «солнце встаёт на востоке» – и с удивлением слушающий возражения.

– Тебя обманули, – спокойно и чуть устало выдал молодой аристократ.

Скрипнув зубами, Рей взвился.

– Слушай, ты… Ррричард! Я же не посмотрю, что ты благородный, я тебя удавлю! Смерти ищешь?

Молодой человек нехорошо усмехнулся.

– А ты попробуй! Давай, вот этим вот графинчиком, проломи мне черепушку… – официант, застывший в ожидании, дематериализовался.

 – Хотя нет, погоди… Шляпу сниму, – цилиндр лёг на стол. – Вот теперь можно. Ну же, смелее, ты ведь даже не вспотеешь, ты же таких как я на завтрак ешь!

Салех взял графин с янтарной жидкостью, взвесил его в руке. Хмыкнул. Графин стремительно запотел. Рей налил коньяк до краёв себе и хлыщу. После чего поставил графин на стол, взял стакан, понюхал, одобрительно крякнул и опрокинул в себя.