Ода абсолютной жестокости

Приземляюсь на чью-то голову, характерный звук оповещает меня, что шею я своей «подушке» сломал. Я в узком коридоре, по которому навстречу мне бежит охранник с дробовиком. Он получает пулю из лёгкого огнестрела.

А у меня появляется дробовик. Пусть не мой, но всё же.

Коридор поворачивает. Тут находится нечто вроде стойки, за которой стоит тучный охранник с маленькими поросячьими глазками. Его череп разлетается в клочья от первого выстрела. Откуда-то из-за его спины появляется ещё один охранник с дробовиком.

Он тоже лишается головы, а я перехватываю его дробовик, чтобы не заряжать свой.

Я нахожусь среди полок с разнообразным оружием. Передо мной множество лёгких огнестрелов, но мне нужны мои плети и что-нибудь огнестрельное потяжелее. Если дробовик – это самое лучшее, что здесь можно найти, то нужно взять боеприпасов. Сначала бегу на поиски более тяжёлого оружия. Дробовиков много: похоже, что это одна из штатных пушек тюремщиков.

Боеприпасы – на нижних полках. Запасаюсь по полной программе: тут есть также специальные сумки для патронов.

И тут я вижу его.

Эта пушка лежит отдельно. С виду – почти как обычный дробовик, только приклад не деревянный, а из какой-то лёгкой стали, которая мне прежде никогда не встречалась. У него два дула и нечто вроде барабана, только плоского, как коробочка. Патроны явно такого же калибра, как и для обычных дробовиков. Зато он многозарядный. И, похоже, автоматический.

Я хватаю эту штуку, выкидывая обычную пушку, и тут в проходе появляется охранник.

Я жму на спуск, и его отбрасывает метра на три, потому что эта штука бьёт одновременно из двух стволов – и сразу же готова к новому выстрелу. Для неё приготовлен специальный пояс с кобурой, который я тут же надеваю.

Я бегу вдоль рядов в сторону холодного оружия, а с другой стороны к месту, где я только что находился, летят охранники и стражи. Хватаю и пристёгиваю первый попавшийся меч, затем пояс с ножами для метания (не мой, но схожий, тоже лежит на одной из полочек).

На стене висит моя плеть с крюками. Кнута не видно, но это ладно, и с плетью справимся.

Слышатся крики. Охранники явно не сразу сообразили, что беглый преступник может додуматься побежать в арсенал.

Выход из оружейной уже блокирован. И я оказываюсь запертым в комнате с множеством вооружённых людей. В очень большой комнате, в сложном лабиринте полок и стеллажей. У охраны, похоже, нет никакой системы отлова таких, как я. Наверное, у меня очень злые глаза.