Запретная

С Кевином оторвёмся»

Джейн дошла до салона, с силой распахнула его дверь и застыла под удивлёнными взглядами всех, находившихся там, десяти человек. Шестеро из них: пять девушек и один чернокожий парень, были в униформах с надписями «Королева Львица» и трое из этих шестерых – включая чернокожего парня, – обслуживали клиенток.

Интерьер салона обдавал посетителей лёгким дуновением роскоши, смешанной со стилем. Разбирающиеся люди разбирали это дуновение на составные части и видели, откуда дует роскошь: от дорогих кожаных кресел и диванчиков чёрного цвета, огромных зеркал в деревянных рамах, большого шикарного стола для макияжа, трёх кондиционеров, потолка, усыпанного лампами разных форм и горящего по периметру оранжевым светом и блестящего кафельного пола с метровыми вазами на нём.

Высоко развитое чувство стиля того, кто сотворил этот райский уголок, угадывалось по сочетанию перечисленной роскоши и всего остального с серыми кирпичными стенами, трёхметровым рисунком львицы с короной на голове на полу, бордовыми шторами и униформой служащих.

– Упс! Извиняюсь! – улыбнулась наша героиня. – Я думала она тяжелее, – показала она на дверь. – Я к Шону, по записи.

– Джейн? – спросил её единственный парень из присутствующих.

– Да. Шон?

Парень утвердительно промычал, быстро подошёл к ней, прикоснулся щекой к щеке и чмокнул воздух.

– Ты рано, – сказал он. – Ещё десять минут. Посиди пока.

– Хорошо. Приятно познакомиться, – присела она на диван у входа.

– Приятней чем мне тебе быть не может, – проговорил афроамериканец, возвращаясь к оставленной клиентке. – Кевин совершенно не умеет описывать красивых девушек, – сказал он, продолжив орудовать расчёской и брызгать лаком. – Его скудный язык… Хотя… – он остановился и оглядел Джейн с ног до головы. – Хотя в твоём случае я его понимаю. Такую красоту не описать, такую красоту надо видеть.

– Спасибо, – улыбнулась польщённая девушка.

 – Ты тоже красавчик.

– Спасибо, – последовал ответ, украшенный улыбкой и благодарным взглядом.

Кудрявые волосы Шона были выкрашены в жёлтый цвет. Они облегали верх его головы пышной шапочкой толщиной в пять сантиметров и плавно переходили в бритые бока и затылок. В левой ноздре – она была уже, чем у многих его собратьев по расе, но шире, чем у подавляющего большинства европейцев и азиатов, – красовался пирсинг с синим камешком.