Низвергнутый

Детина, не заморачиваясь вопросом, зачем мне это, указал рукой на богатую часть города, поясняя: – Тут, недалеко. У него на крыше конек такой, в форме морского змия. Богатый дом, красивый. Теплый.

Еще раз поблагодарив его за информацию, спешно пошел по улицам города, осматривая крыши домов. Архитектура однотипная, не мудрено случайно и пропустить нужный.

Город викингов – по сути небольшой поселок. Дом нашел быстро. Конек крыши украшал волнистый чешуйчатый змей. Похожий на китайского дракона, только без длинных свисающих усов.

Красивая работа. Постучал в крепкие двери. В ответ тишина. Похоже хозяин ушел. Над крышей дыма не было. Обошел дом по кругу, других дверей нет, окон тоже нет. Сплошные стены, крыша и единственный вход. Где-то там, в центре крыши должно быть отверстие – дымоход, попробую залезть через него. Огляделся, вокруг ни души. Рискну.

Подошел к стене, оценивая возможности. Приспособлений для того, чтобы влезть – у меня нет. Хорошо было бы найти лестницу или кошку какую, но где же их взять.

Попробую подручными силами.

Что там у меня есть – способные пробить живую плоть когти на руках. Попробую так и залезть. Положив пожитки возле стены, загнул пальцы на манер кошачьей лапы, напряг и с размаху вогнал правую руку в дерево, до куда дотянулся. Ну-ка, смогу ли повиснуть, удержусь ли. Смог, удержался. Повторяем.

Как заправская женщина-кошка, вскарабкался на крышу, немного повредив стену, но все же достигнув цели. Аккуратно прошел по крыше, найдя дымоходное отверстие, свесил туда ноги, повис на краю.

Спрыгнул. Надеюсь хозяина нет дома, а то как бы я смог это объяснить. Эх, говорила мама: – «чужое брать не хорошо», но выбора нет.

Приземлился удачно, на мягкий пепел потухшего очага, взметнувшийся вверх непроглядным облаком. Удачно, что Секач не готовит дома, питаясь в таверне, иначе приземление было бы болезненным или травмирующим, будь тут на очаге какой-нибудь таганок для приготовления.

Постоял, ожидая пока взлетевший пепел осядет и осмотрелся.

В помещении царил полумрак, все было чуть более различимо в центре, куда приземлился, от света, проникающего из отверстия послужившего входной дверью, затем свет таял, рассеивался, вовсе не проникая в углы, где клубился мрак.

Отряхнув руки, протер лицо от сажи, видимость чуть улучшилась. Зал был обычный, чуть богаче чем виденные мною ранее, а так, те же лавки, стол, выложенное кострище в центре, под ногами. На стенах висели головы, охотничьи трофеи, не иначе.