Спасти космонавта

Запах новеньких, в плотных обложках, томов был самым прекрасным на свете! Так пахнет кожа любимой. Или играющий пылинками солнечный лучик…

Ошарашенный Марат стоял посреди торгового зала. На полках теснились вожделенный Валентин Пикуль и царственный Морис Дрюон, захватывающий Жюль Верн и романтичный Стендаль…

Тома «Всемирной литературы» и толстые, в мягких обложках, «Классики и современники» из дефицитнейшей серии…

Без очередей! Без талонов!

Тагиров горько вздохнул. Денег было в обрез, только на дорогу, да и неизвестно, когда выдадут аванс в новой части.

Расстроенный, вышел на улицу. Закурил.

Сбоку, воровато оглядываясь, подошел абориген и заговорщически зашептал:

– Кампан[2 - Кампан – товарищ (монг.).], кухан надо? Хороший кухан! Дешевый, сорок тогрог всего!

Марат наморщил лоб. Что же он имеет в виду? А, это книжный жучок-барыга и предлагает, видимо, роман Юрия Тынянова «Кюхля» про друга Пушкина Вильгельма Кюхельбекера! Произведение классное, но дорого что-то.

Хотя денег всё равно нет…

Стараясь выглядеть максимально солидно, Тагиров кашлянул и объяснил:

– Друг, что же ты так много заряжаешь – сорок тугриков? Вон, в магазине, трёхтомник «Хождения по мукам» Толстого – двадцать восемь только!

Монгол непонимающе вылупился и схватил лейтенанта за рукав:

– Почему толстый?! Хороший кухан, молодой!

Марат отмахнулся и пошел к вокзалу.

* * *

Лейтенант протомился на вокзале у окошка кассы добрый час. Оно было закрыто без всяких объяснений.

Наконец дождался жующую кассиршу, получил билет в третий плацкартный вагон и пошел в буфет чего-нибудь перекусить. Однако загадочные запахи и непривычный вид еды, густо усиженной жирно блестящими насекомыми, заставил бегом выскочить на улицу и быстренько забить рвотные позывы сигаретой.

Наконец, подали состав под посадку. Вдоль перрона метались толпы местных с мешками. Они бегали от вагона к вагону и что-то вопили. Солидные проводники, сплошь мужчины за сорок в белых нитяных перчатках, игнорировали просьбы и вопросы соплеменников, напоминая гордым окаменевшим видом памятники партийным деятелям.

Марат подивился экзотическому способу посадки и пошел искать свой плацкарт. И уже через пять минут очень захотел присоединиться к растерянной толпе.

После второго вагона шёл сразу седьмой. Потом четвертый, потом три подряд без номеров. Окончательно добил лейтенанта вагон под номером «ноль».