Мракоборец. Кровь химеры

Девочка перехватила меч двумя руками, как палач занесла над головой старика чтобы сделать роковой удар.

– Корке, ты, смердящий пес, я пришла совершить месть, о которой мечтала всю свою жизнь. Молись, ибо это твой последний день.

Глава 5

Что-то происходило в сумраке его безвременья, на самой периферии восприятия. Какое-то движение неведомых теней, разглядеть которые не было никакой возможности. Да он и не пытался. Просто ощущал их присутствие и молчал, не в силах что-либо сказать, парализованный, придавленный циклопическим массивом ужаса.

Тени издавали звуки. Говорили с ним. Так ему казалось. И в этом неразборчивом гомоне было какое-то одобрительное согласие, звериное, кровожадное, какое возникает всегда среди толпы, где-то в самом её центре, когда казнят разбойников или насмерть дерутся бойцы в круге арены. Бесформенная серая масса – трепыхающийся клубок чего-то отвратительного, пугающего, наводящего первобытный страх, – пронеслась над головой и растворилась в небытие. Темная громада неба, усеянная ярко светящимися точками, с оглушительным грохотом разорвалась, приводя его в сознание.

Ардус открыл глаза.

Боль начала приливать сразу, пульсирующими обжигающими волнами. Заломило руку, потом обручем сдавило голову. Скрутило живот, Ардус едва успел повернуться на бок, как его в спазме вырвало. Тело бил озноб, то ли от страха, то ли от холода.

Давно стемнело. Вдали, у самого горизонта, громыхало и сверкали молнии. Здесь же, в низине, дождя еще не было, но уже четко ощущался предгрозовой запах.

Подул холодный ветер, принося с собой звуки ночи. Волки. Они находились неподалеку. Запах крови привлек зверье. И теперь оставалось только делом времени – найти по четкому следу добычу, выяснить не угрожает ли опасность и всласть вкусить знатного ужина, устроить пиршество.

Ардус с трудом встал. Стараясь не смотреть на два трупа, лежащих неподалеку, подошёл к лошади. Она нервничала, рыла копытом землю, фыркала, тоже чуя волков. Парень похлопал её по крупу, пытаясь успокоить.

– Тише, тише, – прошептал он не своим голосом. Во рту все пересохло, а губы потрескались, от чего каждое слово давалось неприятной болью.

Надо немедленно убираться из этих гиблых мест. Иначе и ему суждено будет сгинуть тут. От зверья в таком состоянии ему не отбиться. Но если гнать без оглядки, то шанс на спасение есть.

Ардус попытался вскочить на лошадь, но быстро понял, что из этой затеи не выйдет ничего толкового. Сил не оставалось.