Период распада. Исход чумы

Каша тяжело поднялся со стула. Все оборудование было аккуратно прибрано, проводки отцеплены. Старик осмотрел себя. Вроде такой же, как и прежде. Присмотрелся. Нет, зрение то же самое, что и было, без ощущения тысячности глаз. Показалось? Нет, было на самом деле. Тогда куда прошло?

– Андрей?

Каша осторожно сделал шаг, другой. Его шатало.

– Ты очнулся? – в комнату вошел Андрей, пристально осмотрел своего гостя. – Как себя чувствуешь?

– Словно катком по мне прошлись! – невесело улыбнулся старик.

– Ничего, скоро пройдет.

Андрей похлопал старика по плечу.

– А когда будет… ну, эффект?

– Что значит когда? Эффект уже наступил, ты един с Пыльным Владыкой. Просто, видимо, еще не ощутил этого до конца.

Каша задумался, словно прислушиваясь к себе.

– Я испытывал странные чувства, – признался он. – А потом пришел свет. А потом…

– Давай так – выпьем чаю, и я попытаюсь ответить на все твои вопросы, – перебив его, предложил Андрей. – У меня как раз чайник закипел.

– Давай, – согласился Каша.

Есть и в самом деле хотелось нестерпимо. А приготовленные Андреем поджаренные хлебцы просто сводили с ума.

Стоп! Каша встрепенулся. Откуда он знал, что хозяин приготовил хлебцы? Кухня совсем в другой части квартиры, он явно не мог видеть отсюда хоть что-то. А запах жареного… у Андрея стоял такой плотный запах сырости и вони, что заглушал все другие.

Хозяин, видя реакцию гостя, ухмыльнулся.

– Вот видишь, организм сам настроился на нужные волны.

– Так я что, уже все?

– Пошли пить чай! – рассмеялся Андрей.

В кухне и в самом деле были приготовлены хлебцы, они плотно разместились на чугунной сковородке. Рядом стоял чайник. Под ногами суетился Сальвадор, скуля и требуя своей доли.

– Давай перекусим, – пригласил гостя Андрей.

Сели. Хозяин разлил по кружкам чай. Некоторое время ели молча, Каша прислушивался к себе, пытаясь ощутить что-то новое, чужое, но ничего похожего не находил.

– А как это в себе обнаружить? – наконец не выдержал он.

– Не надо в себе это обнаруживать. Просто расслабься и дай Пыльному Владыке самому обрести тебя. И тогда все получится.

Выпили чай, доели хлебцы.

Каша заметно нервничал.

– Ты чего? – спросил его Андрей, забивая самодельную кривую курительную трубку какой-то бурой дурно пахнущей травой. – За ребяток своих переживаешь?

– Переживаю, – кивнул Каша. – Мне надо к ним. И чем скорее, тем лучше. Я ведь бросил их там, в самом сердце вражеского лагеря.