Жемчужина Посейдона

В комнату вошла Маргарита:

– Тамаз, ты что мечешься, как пойманный в клетку тигр? – спросила она, – Что-то случилось?

Ему очень хотелось сорваться на неё, но он вспомнил, о чём размышлял сейчас, и, собрав всю волю в кулак, ласково произнёс:

– Ничего серьёзного, милая! Небольшие неприятности, я всё улажу.

– Неприятности? Здесь?

Он скрипнул зубами, и постоял молча, усмиряя гнев. После чего ответил:

– Здесь я тоже работаю! Мне позвонили с фирмы, и озвучили некоторые проблемы.

Его приятели с открытыми ртами наблюдали за Тамазом, и слушали, что он плетёт.

А тот подошёл к Маргарите, взял и поцеловал ей руку.

– Что с тобой? – изумилась она, – Ты никогда не делал этого раньше.

– А теперь буду, – постарался улыбнуться он, – Как только мы вернёмся домой, я сделаю тебе официальное предложение, и, надеюсь, что ты не откажешь мне на этот раз! Учёбу ты закончила, и больше ничто не мешает нам пожениться.

Приятели переглянулись: теперь понятно, что он так расстилается! Женитьба – единственный выход погасить такой огромный долг!

Между тем, Маргариту передёрнуло от мысли о замужестве.

– Давай ещё немного подождём, – тихо ответила она.

– Немного?!!! – взорвался Тамаз, но снова взял себя в руки, – Я уже пять лет жду, сколько можно?! Хватит издеваться надо мною, Марго!

– Я издеваюсь?! – изумилась она.

Его приятель Илья отвернулся, ему отчего-то противно было смотреть на спектакль, разыгранный Тамазом.

А тот продолжал изображать измученного томлением влюблённого:

– Конечно, издеваешься! – воскликнул он, – Ты думаешь легко ждать, когда тебе, наконец, разрешат жениться на любимой девушке?! Пять лет, Марго! Пять лет!!!

– Не кричи, – поморщилась она, поражённая такими неожиданными признаниями, – Я не думала, что тебя это так тяготит! Мне казалось, что тебе прекрасно живётся холостяком.

– Без тебя мне плохо! Без тебя!

Илья вдруг поднялся и бросив: «Пойду, подышу», вышел из комнаты.

Гарик отправился за ним.

Тамаз вдруг схватил Маргариту за талию, притянул к себе и стал страстно целовать.

– Да что с тобой? Остынь! – воскликнула она, вырываясь.