Марианна

Но кто может остановить шторм?

– Хочешь дальше бродить без особой цели и направления? –  удивленно посмотрел на меня мужчина.

– А ты мне можешь дать цель? –  в этой фразе было столько сарказма, что аж самой стало неприятно.

– Нет, но я могу дать тебе кров и… работу.

– Работу? –  я удивленно уронила челюсть на ладошки.

– Именно. Мне очень нужен креативный директор, –  уверенно заявил мужчина.

– Зачем? –  не поняла я, на автомате осматривая помещение, в котором мы ели. Пытались есть.

– Чтобы креативить.

Или что ты там делаешь? –  закатил глаза Маркус. И Филимону было ясно, он делает это для того, чтобы помочь. Надо соглашаться, кричал мой мозг и здравый смысл. Идти пока все равно некуда. Куда я попала не ясно. Когда проснусь… Да и проснусь ли, тоже неизвестно.

– А зарплата какая? И условия? –  не смогла я сдержать маленькую евреечку Сару, что всегда помогала мне выбить наилучшие условия.

Мужчина закатил глаза и рассмеялся. Не так истерично, как я. По-доброму.

– Договоримся, полагаю, –  хмыкнул он, а я вытерла слезы.

– А еще мне нужна одежда, –  вспомнила я и вернулась к еде. А что? Спать голодной?

Когда я вернулась в свою комнату, спать мне не хотелось. Я была полна мыслей и подозрительно смотрела на кровать. Может, стоит мне прилечь и все кончится? я проснусь дома, если усну здесь? Что-то мне подсказывало, что это не так работает. Я застряла здесь. Надолго? Навсегда? Ну, уж нет. Может кто-то другой на это и согласится. Но не я.

Мне не ведомо это чувство. Сдаться. Это как вообще? Я боец. Я борюсь, а раз уж я еще и колдую, с горем пополам. То я им тут всем так наколдую, чтоб точно меня домой отправили от греха подальше.

Или остаться к греху поближе? Мысль о де Линаре проскользнула змеей и спустилась вниз живота. Потому что ужинать надо было не едой, чтобы быть по-настоящему сытой и думать сейчас головой.

Мариана, если ты сейчас не спишь… То он уже и так все видел! А значит, почему бы и да? Потому, что тут есть рабство, помнится.

Рабство. Так.

Мозг работал быстро, подсовывая все фразы, что вскользь я улавливала от черныша. Он говорил о том, что слабые ведьмы или кто они там, попадают в рабство. А меня взяли на работу. Это ли не рабство?

Завтра выясню все моменты. Надо точно понимать, где тут у них эта тонкая грань проходит. Уж кем кем, а рабыней я быть не намерена.

А кем я хочу быть? “Царицею морскою” –  подкинуло версию бессовестное подсознание.