Cмертельная реклама

Потом, во время перестройки, наши дороги разошлись окончательно, и мы стали общаться только в силу необходимости, когда деловые вопросы не могли решить самостоятельно.

Сейчас нас осталось трое. Митька погиб во время первой Чеченской – 7 марта девяносто пятого года. Мы узнали об этом, когда завалились подвыпившие к нему домой, поздравить Зинаиду Николаевну, его мать и нашу учительницу истории, с женским днем. Она была необыкновенно красивой женщиной, добрая, тактичная, всегда видевшая в каждом шалопае личность, с которой всегда умела договориться.

Мы обожали ее и боготворили всей школой. Открыла же нам постаревшая, осунувшаяся женщина с сединой в волосах, глубокими морщинами на лице и в трауре.

Как нам тогда было неудобно перед ней, за то, что не навещали, перед погибшим другом – что ни разу не поинтересовались его жизнью…

Мотвею тоже не повезло. Вроде все как у всех – первый из нашей шумной компании женился, родилась дочь, и он как-то сразу перестал выходить с нами на связь, гонять на мотоциклах, сидеть в гаражах за баночкой пива… – говорил, что остепенился, нужно подавать пример дочери, помогать жене.

Мы тогда смеялись над ним – ишь как заговорил! Правильный стал! Подкаблучником дразнили, недопацаном, юбкой, слюньтяем и слабаком. Вот еще – жена попросила мусор вынести, в магазин сходить… а дочь, так о каком примере говорить – ей всего два месяца стукнуло? Да и ждали сына, а родилась она…

Мотька не обижался, но твердо стоял на своем. А через два года мы узнали, что его любимая Настенька спуталась с соседом и даже родила от него сына.

Мотвей узнал об этом, как водится, последним, от соседки бабушки-старушки – ушки на макушке, которая влезла в семью грязными лапами, растоптала все хорошее, что еще осталось между супругами, решив открыть рогатому мужу сокровенную тайну.

– Витенька-то на тебя что-то совсем не похож. – причитала одна, картинно хватаясь за голову руками. – Вылитый сосед Гришка.

Поначалу Мотвей не верил во все эти злопыхания, думал бесится бабка от скуки, а потом стал присматриваться, прислушиваться, следить за каждым шагом благоверной… и застал таки супругу в объятиях хахаля… Порешил всю семью – не пожалел и дочку Анечку… А следом и сам повесился – успел только позвонить в милицию, да покаяться.

Мотвея посмертно признали виновным, и если бы его удалось вытащить с того света, пришлось бы сидеть ему на нарах лет двадцать пять. Никто бы и разбираться не стал в мотивах парня – убил и точка.