Победу ни с кем не делим!

Шаман оглянулся на Джина. Сидя на земле, тот чертил под диктовку грузина условные знаки на нарисованном от руки плане местности.

– Слюшай, развяжи руки, я оденусь, потом опять завяжешь, – неожиданно взмолился грузин.

– Мы тебя еще кастрировать будем, – как само собой разумеющееся ответил Джин. – У нас и доктор есть. Потерпи. Скоро освободится.

Неожиданно грузин вскочил на ноги. Джин отпрянул. Однако пленник тут же рухнул, запутавшись окончательно в свалившихся штанах.

– Готово, – Джин выпрямился, перешагнул через грузина и протянул листок Антону.

Как он и предполагал, грузины использовали для засады высоту слева от дороги.

– Здесь, – Джин ткнул в левый фланг опорного пункта, – управляемая по проводам мина.

– Как получилось, что он оставил свое подразделение? – Антон уставился на Джина.

– Я не спрашивал, – Джин развел руками и посмотрел на лежащего на животе пленника: – Кто тебя отпустил развлекаться с женщиной?

– Я сам ушел, – прохрипел пленник.

– Кто твой командир?

– Лейтенант, – он пожал плечами.

 – Совсем молодой. Утром прислали. Я забыл, как зовут.

– А кто был до этого?

– Племянник генерала…

– Все ясно, – Антон махнул рукой с зажатой в ней схемой. – Джин, осмотрите с Шаманом склон.

Он понял, что перед вторжением грузинские начальники позаботились о том, чтобы их родственники не попали в мясорубку. По всему выходило, подготовка началась не вчера, а раньше. Как умудрились проморгать начало? Понятно, что нанести упреждающий удар в нынешних условиях, это значит настроить против себя весь мир.

Но ведь можно было объявить об обстреле. Это дало бы возможность укрыть личный состав миротворческого контингента, предупредить мирное население, что позволило бы многим выжить. Однако, немного подумав, Антон пришел к выводу, что любой здравомыслящий человек счел бы такую информацию как провокационную. Кто поверит, что есть идиот, который решится начать бойню в день начала Олимпийских игр? О том, что Генеральный штаб располагал данными о готовящейся акции, сами за себя говорили полеты авиации над территорией Осетии. Наряду с демонстрацией силы пилоты провели своего рода рекогносцировку. Но наверняка все ждали «сюрприза» в конце месяца.

– Филин, это Банкет, – раздался негромкий голос. – Обнаружили опорный пункт противника. Справа – изгиб дороги, слева – овраг, в глубину триста.

Антон посмотрел в том направлении, куда ушел Дрон с Банкетом, и вынул карту.