Кровь Богини

За это я дарую тебе знание, друг мой.

Глокк всмотрелся в темноту леса: света факела уже не было видно, его спутники уходили все дальше.

– Говори же, старый, не тяни.

– Каждый из твоих новых друзей – не тот, кем кажется, – заговорщически ответил дед, потирая ладони. – Все они – предатели. Но один из них спасет тебя, второй приведет в ловушку, а третий попробует убить!

Глокк смачно сплюнул себе под ноги и отвернулся от старого безумца. Закинув копье на плечо, он поспешил за отрядом. Те уже прилично оторвались, словно и не заметили его отсутствия.

– Береги свой хребет, здоровяк, – рассмеялся вдогонку старик.

Глокк раздраженно ругался, прорываясь по стремительно зараставшей тропе, которую оставили члены отряда. Лес, словно живой, затягивал рану их вторжения в своей древесной плоти. Чем дальше Глокк отдалялся от реки, тем жарче становилось. Под хитросплетениями чернеющих крон стояла духота и сырость. Влага пробиралась в ноздри, приносила с собой кислые и тошнотворные запахи. Отовсюду доносили шорохи и крики взволнованных птиц и зверей.

Растревоженные гнусы тучами взметались с кустов и стволов деревьев, нещадно атаковали неприкрытый торс пришельца. Вряд ли им еще доводилось вдоволь напиться человеческой крови.

Глокку не хотелось раздразнивать их аппетит.

Его глаза уже успели привыкнуть к тусклому зеленоватому сиянию, наполнявшему это проклятое подземелье. Но здесь, глубоко в лесу, света почти не было. Приходилось на ощупь пробираться через заболоченные овраги и поваленные стволы.

Мошкара не давала спуску. Вездесущие лианы заплетались вокруг ног. Испуганный гул живности прекращался при его приближении, что тревожило Глокка еще сильнее.

Что-то не так. За ним словно наблюдали.

Богородный остановился и прислушался. Шорохи леса все так же продолжали угасать, хотя он не шевелился.

Что-то не так…

Отмахиваясь от надоевших москитов свободной рукой, он ускорился. Перепрыгивая коряги, отталкиваясь от возникавших на пути деревьев, Глокк спешил за отрядом в надежде наткнуться на их след.

Он давно должен был выйти к ним. Но ни намека на всполох факела, ни разговоров его товарищей так и не появилось. Лишь только где-то над головой стоял хруст веток и звуки трущихся о дерево когтей. Глокк затылком чувствовал, как нечто настигает его. Из темноты доносился утробный протяжный рык, похожий на рев раненного льва. Ему не убежать.

Глокк решил дать бой неведомой твари и резво нырнул под раскидистое дерево. Клацнули челюсти.